БДТ и Театр Вахтангова объяснили, как обойдутся с законом о «невостребованных артистах»

27 февраля 2019, 23:17

Версия для печати

Tweet

Петербургский БДТ и московский Театра им. Евг. Вахтангова не намерены пользоваться новым законом о «востребованности актёров», если он вступит в силу. Такой вывод можно сделать из выступления представителей театров на международной конференции руководителей учреждений культуры в Петербурге. Она состоялась 27 февраля в рамках офф-программы премии для молодых «Прорыв».

Кирилл Крок заявил, что Театр Вахтангова, который он представляет, не может «охватить» всю труппу из 109 артистов, и имеет «балласт» из 10-11 незанятых актеров. «Мы в Театре Вахтангова можем спокойно содержать этих десять актеров, не отнимая ни у кого ничего, развивая театр и беря каждый год молодых актеров в штат на срочный трудовой договор, —отметил Крок. — Я это говорю вам с экономической точки зрения. А Римас Туминас (художественный руководитель Театра Вахтангова — Прим.Ред.) всегда говорит: «Ну они не виноваты, ну это наш крест, и мы должны его с тобой нести». И несем».

В БДТ до сих пор служит вдова легендарного актера Владислава Стржельчика Людмила Павловна Шувалова, подчеркнула директор БДТ Татьяна Архипова. Ей 92 года, и она уже не так активно участвует в жизни БДТ, как раньше: «Но она для нас является настолько важным и значимым членом нашего коллектива, что она всегда будет находиться на службе в театре и мы всегда будем платить ей зарплату, это даже не обсуждается».

Виктор Минков, Татьяна Архипова и Кирилл Крок

Фото: предоставлено пресс-службой премии "Прорыв"

Несмотря на то, что директора не планируют пользоваться законом, проблема «невостребованных» артистов существует, признают они. «Я встречался с тремя режиссерами, которые очень хотят поставить в театре Вахтангова, — рассказал Кирилл Крок. — Я говорю — мы рискнем, но только при одном условии: у меня список из 10 актеров, которые должны быть обязательно заняты, притом можно добавить кого-то из труппы. Но мне пока этого не удалось сделать. Это творчество, и преодолеть это административным путем невозможно».

Татьяна Архипова уверена, что проблема гораздо шире: «Все художественные руководители и директора имеют срочные контракты, а руководят людьми, которые находятся на бессрочных. Если в театр приходит новый художественный руководитель, труппа должна разделять его видение — это и есть основа русского репертуарного театра. Если говорить о профессиональной порядочности, то если ты разделяешь ценности худрука, ты служишь, а если нет — должен написать заявление и уйти. Но некоторые хотят получать пенсию от государства. Особенно я люблю слова «Я всю жизнь отдал театру», когда человек 25 лет на сцену театра не выходит, но применяет такие высказывания».

Впрочем, Кирилл Крок назвал один случай, когда новый закон ему пригодится: «Чтобы не показаться вам слишком добрым: я собираюсь пользоваться этим законом знаете, когда? Когда тебе предлагается роль, ты раз отказался, два — сказал: «Я не хочу это играть», три — сказал: «А я здесь не могу, потому что у меня кино». Вот тогда у меня в руках должен быть этот закон. Потому что сегодня в Театре Вахтангова даже экономические рычаги достаточно высокой оплаты труда в актерском коллективе становятся неэффективными. Молодой актер (и я не имею ввиду наших звезд, народных артистов) за съемочный день в Питере получает 50 тысяч. И все мои доводы о любви к театру, который тебя взял, о спектакле, о высокой зарплате 120 тысяч в месяц, — не работают. Актерам иногда кажется, что так будет всегда: они не понимают, что может закончиться этот период, когда ты так востребован, в сериал позвали, по телевизору показали. А театр на Арбате и театр на набережной Фонтанки будет в твоей жизни всегда».

Поправку, по которой театры, цирки и другие творческие организации получат право увольнять «невостребованных» артистов, внесло в Трудовой кодекс министерство культуры. Предполагается, что в творческих организациях создадут комиссии, которые произведут оценку востребованности сотрудников. Те, кто отбор не пройдут, будут вынуждены уволиться, но смогут получить компенсацию. Законопроект в министерстве считают не тестом на профпригодность, а инструментом, который поможет актерам уйти из театра, где их не занимают в репертуаре, подчеркнула на конференции начальник отдела законопроектной деятельности Минкульта Нигина Умарова. По планам чиновников, закон должен вступить в силу в ноябре 2019 года.

Софья Козич, специально для «Фонтанки.ру»

Читайте также:

Кирилл Крок: «Надеюсь, Ямпольская сделает доброе дело для российского театра»