В прокате — «Ван Гоги»: Фильм-магия с Алексеем Серебряковым от сценариста «Ассы»

08 марта 2019, 12:53

Версия для печати

Tweet

«Ван Гоги» — незамысловатый и трогательный фильм. Только простота и камерность помешали ему стать по-настоящему обсуждаемым художественным событием.

Хотя если «Ван Гоги» — не сенсация, то что тогда? Достаточно хотя бы того факта, что снял его Сергей Ливнев. Сценарист «Ассы», автор совершенно безумного визионерского полотна «Серп и молот» (про то, как в сталинском СССР знатной работнице делают операцию по перемене пола — и она становится героем-метростроевцем). Но после выхода этой ленты Ливнев понемногу с радаров пропал, и о нем стало принято говорить как о не реализовавшемся таланте. И вот спустя двадцать лет он снимает новый фильм — чем не событие? Не говоря уже о том, что буквально каждый пункт описания «Ван Гогов» должен зрителей в кинотеатры отправлять табунами. Главные роли играют Алексей Серебряков и Даниэль Ольбрыхский, во второстепенных — сплошь старая актерская гвардия в полный рост. Наконец, музыку написал Леонид Десятников. Тем не менее, лента вышла на экраны феноменально крохотным числом копий.

Наверное, причина в простоте «Ван Гогов». Это ясная, беспримесная семейная драма. Художник-лузер прозябает в Израиле, проклинает маму, бросившую его в нежном возрасте — и в очередной раз едет к отцу, великому дирижеру, обитающему на Балтийском взморье. Тот явно заболевает, медленно впадает в забытье — а сын рядом с дряхлеющим папой, как и положено по законам жанра, познаёт себя.

Одного дуэта Ольбрыхского и Серебрякова, единственной настоящей звезды Восточной Европы и самого значительного русского актера, больше чем достаточно, чтобы смотреть «Ван Гогов». Тут правда есть магия: как во всех фильмах, в которых рядом, в одном кадре существуют два могучих актера. Само то, как они взаимодействуют, смотрят, двигаются, прикасаются друг к другу — достаточно фантастическое зрелище.

Но едва ли не более интересно дело обстоит с актерами второго плана. Увидев столько знакомых имен в титрах впору испугаться: дело пахнет «Человеком с бульвара капуцинов». Коренева, Агуреева, Негода, Немоляева, Остроумова, Леонтьев, Дрейден. Такая концентрация знаменитостей обычно чревата бардаком — но здесь все не просто на своих местах. У каждого есть сольный выход, каждый успевает сыграть за короткое время маленькую, но очень выразительную пьесу. Для Леонтьева и Кореневой работы в «Ван Гогах» вообще лучшие. Один, наконец, оказывается на своём месте в роли еврейского домовитого папы. Другая избавляется от проклятья «Милочки-Людочки»: ей досталась самая сложная роль — верной сиделки и секретаря, влюбленной в героя Ольбрыхского. В общем, в актерском плане «Ван Гоги» вообще лучший отечественный фильм последних лет.

Но есть тут и сценарные тонкости: Ливнев, правда, мастер по части рассказывания историй. Настоящие скелеты в шкафах, нюансы и неожиданности, загогулины семейных отношений (редкий случай, когда действительно не стоит раскрывать интригу до просмотра фильма) — всё выписано детально, следить за действием на редкость увлекательно, как в каком-нибудь крепко сбитом сериале.

Есть некоторый дурной вкус в отдельных визуальных решениях — вроде сцены, в которой герой Серебрякова шагает с завязанными глазами по городу детства, Риге, — но, во-первых, для тех, кто помнит почерк молодого Ливнева это цветочки, а во-вторых, на фоне линейного, без хитростей и аллюзий действия эти красоты благополучно теряются, их можно просто не заметить.

Вообще «Ван Гоги» — фильм старошкольный. Но в лучшем смысле: неспешный, уравновешенный. Обладающий одним важным свойством: в отличие от хитов Быкова, Хлебникова или Идова, в «Ван Гогах» есть полузабытая, так сказать, доверительная интонация. Это разговор со зрителем. С одним или сотней — не важно. Проявляется это даже в странноватом названии: чтобы понять его, нужно просто досмотреть фильм до финальных титров, и всё встанет на свои места. Ни подсолнухов, ни комичных кавказцев тут нет — зато есть кое-что, что встречается гораздо реже. Художественная и просто человеческая зрелость. Когда процесс, общение с большими художниками, совместное творчество важнее шумного результата. Когда сколько зрителей и где посмотрит фильм — неважно. Когда произведение, в итоге, со всеми своими шероховатостями и несовершенствами, способно тронуть зрителя и вызвать у него эмоции.

Иван Чувиляев, специально для «Фонтанки.ру»