«Юморист» Михаила Идова: Диалог с фейсбуком

28 февраля 2019, 14:06

Версия для печати

Tweet

В пятницу в прокат выходит «Юморист», режиссерский дебют сценариста «Лета» Михаила Идова. Ретро-драма, претендующая на то, чтобы быть остросовременным высказыванием.

Тем, кто не погружен в ленту фейсбука и новости московского медиарынка, нужно еще объяснить, кто такой Михаил Идов. Американский писатель и журналист русского происхождения, лет десять назад ненадолго вернулся в Россию, опубликовал успешный роман «Кофемолка», редактировал глянцевые журналы. Потом начал писать сценарии — и вот пришел в режиссуре.

Все сценарии Идова (и в особенности самый громкий — «Лета» Кирилла Серебренникова) грешили примерно одним. Обрывочностью, недописанностью и одновременно предельной ясностью месседжа. Как будто автору важнее донести до зрителя свои соображения, чем добиться совершенства формы. Обычное дело для журналиста и вообще пищущего человека, привыкшего к монологам.

Фото: кадр из фильма

В «Юмористе» этот грех вроде не так заметен. Форма — ну, да, обрывочна, но фрагментарность выглядит как сознательный выбор. Фильм распадается на новеллы. Главный герой, чтец эстрадных реприз Борис Аркадьев, ругается в летней Юрмале с бывшим соавтором, который обвиняет его в компромиссах и в том, что тот принес талант в жертву благополучию. Он же собирается исполнять новый, страшно смешной монолог на празднике железнодорожников, но поддается на уговоры импрессарио и соглашается прочесть подвыпившим чиновникам свой хит про фотографа с обезьянкой на пляже. В общем, фильм в принципе представляет собой сборник скетчей и зарисовок, раздробленность формы не должна бросаться в глаза.

Фото: кадр из фильма

Зато бросается другое — «Юморист», во-первых, абсолютный фильм писателя: тут очень много сцен, которые на бумаге или в пересказе выглядят круто. Но на экране не срабатывают — или смущают излишней броскостью и эстетством. Есть эпизод, в котором Аркадьев читает монолог находящимся в космосе астронавтам: конечно, в итоге говорит с ними о Боге. Но на экране зритель этого просто не замечает: его внимание приковано не к выразительному диалогу и словам, а к фактуре пространства, в котором находится герой. Железякам, обшивке стен и вообще антуражу, достойному бункера Гитлера. Или вот: застолье, день рождения генеральской жены, гости чавкают салатом, а фоном к празднику телевизор показывает порнуху. В театре бы сработало на ура. В кино, где внимание зрителя переключается с одного героя на другого, с рук на тарелки, с плана на план — вообще не замечается.

Идов, во-вторых, все-таки взялся за ретро-драму, и ее законы все режиссерские находки слопали. При всей обрывочности фильм кажется нещадно порезанной версией «Движения вверх» или «Спасибо, что живой». Есть приставленный к таланту гэбэшник, но, в отличие от вертухаев из других лент, он не строит козней и вообще в судьбе персонажа не играет большой роли. Есть злодеи-функционеры — но они никого не стращают, не соблазняют, а только пьют водку и ржут. А в момент, когда вивисекторы должны на несчастного артиста накинуться и начать его терзать — экран гаснет и бегут титры.

Фото: кадр из фильма

Справедливости ради, у «Юмориста» всё же есть одно, но важное преимущество. Это первый за долгое время фильм, в котором вообще нет узнаваемых физиономий. Даже единственный узнаваемый — неузнаваем: Юрий Колокольников в роли народного артиста в блондинистом парике. Аркадьева играет — ну, да, актер, но больше известный как церемониймейстер, устроитель и ведущий открытий-закрытий всяческих фестивалей Алексей Агранович. Хотя есть некоторое коварство в таком выборе исполнителя главной роли: он всем, кто связан с кино, друг, приятель и товарищ, ему не скажешь (и не напишешь): Леша, прости, на какую-то ерунду ты потратил год жизни, лучше бы конструктор «Лего» дома строил. Но в целом «Юморист», может, первый за очень долгое время фильм, в котором незамыленность лиц срабатывает на доверие к экранному действию.

Наконец, есть еще одна — может, самая важная — особенность «Юмориста». Как и было сказано, для Идова совершенство формы не так важно, как читаемость. Поэтому он полтора часа говорит со зрителем про актуальное. Про сотрудничество с властью, про принесение таланта в жертву комфорту. В этом смысле «Юморист» — кино для фейсбука: для тех, кто переживает из-за того же, строчит статусы длиной в сценарий «Юмориста». Они фильм примут, полюбят — он реализует их страхи и фантазии. А остальных просим не беспокоиться: это кино не для вас и не про вас.

Иван Чувиляев, специально для «Фонтанки.ру»

Читайте также:

Михаил Идов: Монеточка – новый Цой? Может, новый Цой – это Дуров