С 6 марта в прокате выходит вторая часть «Нимфоманки» Ларса фон Триера, которая уже оказалась важнейшим кинособытием года.

Если первая часть впечатляла совершенно нетриеровской игривостью, монтажными фокусами и несколько преувеличенной ироничностью, то вторая будет более привычна глазу фаната режиссера. Такая разница — конечно, погрешности проката: разобранный для него пополам семичасовой фильм теряет и симфоничность, и полифоничность. Но отчасти неофиту так будет даже проще.

Во второй части больше того Триера, которого все ждали — с депрессией, жестокостью и безысходностью. Все-таки речь тут идет уже не о безбашенной юности, а о жажде того, чтобы она никогда не кончалась.

Иван Чувиляев

Опубликовано 28 февраля 2014, 18:24

Другие события

Спасать по-русски: Шерешевский добавил Островскому традиционных ценностей

В премьерных «Волках и овцах» Театра на Садовой, как и в других спектаклях самого востребованного на данный момент российского режиссера Петра Шерешевского, персонажи классической пьесы XIX века превратились в наших современников. Но гораздо интереснее то, что произошло с жанром: комедия о мошенниках разного калибра из далекого прошлого в настоящем органично трансформировалась в страшную сказку по рецепту Тарантино.

Статьи

>