Старый спектакль Валерия Фокина по хрестоматийной повести Льва Толстого – скорее трагифарс, чем драма. Федя Протасов в исполнении Сергея Паршина тут напоминает смертельно усталого аутсайдера, добровольно бомжующего по подвалам: только бы не участвовать во всеобщей ярмарке тщеславий и фальши. Страдающие дамы произносят фальшивые монологи, благородные кавалеры столь же фальшиво уверяют их в вечной преданности, на заднем плане свирепствует пьяная от безнаказанности полиция, строит козни наполненный нелепой казуистикой суд – и хочется, вместе с Федей и его любимым цветком алоэ, спрятаться от этой вакханалии куда-нибудь поглубже. Андрей Пронин 

Опубликовано 03 сентября 2012, 03:15

Другие события

«Мы не знали даже, как он выглядел». В Петербурге впервые рассказали историю антиквара Гомулина и показали его коллекцию

Александр Кузьмич Гомулин (1876 — после 1940) был известным петербургским-ленинградским букинистом и антикваром. В царское время в его магазинах регулярно проходили обыски с конфискацией книг революционеров, а при советской власти Гомулина ссылали в Северный край. При этом Гомулин был человеком с большой волей к жизни и любовью к своему делу; в жесточайшие «исторические времена» он сохранил не только профессию, но и уникальную коллекцию печатной графики. Именно её показывает на выставке Музей истории религии — и это настоящее сокровище. Историю самого Гомулина музей тоже рассказывает впервые: сведения о книжнике кураторы собирали по крупицам около семи лет.

Статьи

>