Старый спектакль Валерия Фокина по хрестоматийной повести Льва Толстого – скорее трагифарс, чем драма. Федя Протасов в исполнении Сергея Паршина тут напоминает смертельно усталого аутсайдера, добровольно бомжующего по подвалам: только бы не участвовать во всеобщей ярмарке тщеславий и фальши. Страдающие дамы произносят фальшивые монологи, благородные кавалеры столь же фальшиво уверяют их в вечной преданности, на заднем плане свирепствует пьяная от безнаказанности полиция, строит козни наполненный нелепой казуистикой суд – и хочется, вместе с Федей и его любимым цветком алоэ, спрятаться от этой вакханалии куда-нибудь поглубже. Андрей Пронин 

Опубликовано 03 сентября 2012, 03:15

Другие события

Уходящая натура. В «Брусницыне» показывают коллекцию основателя «Пушкинской-10» Юлия Рыбакова

В зале, выгороженном серыми щитами из общего пространства этажа, — 68 работ, преимущественно, живопись. Через щиты доносится звуковое сопровождение соседней выставки, рассказывающее о Пикассо. Хотя день выходной — перед картинами ни души. Ленинградские художники-нонконформисты — не Серов и не Шишкин, широкая публика не знает их имен, хотя те творили бок о бок с нами, буквально еще вчера.

Статьи

>