Эрмитаж покажет живопись и графику сюрреалиста Макса Эрнста

Версия для печати Версия для печати

Порядка двадцати работ именитого сюрреалиста Макса Эрнста из частных собраний представят в Двенадцатиколонном зале Эрмитажа с 15 июня.

Большая часть экспонатов – работы 20-х годов, так называемого «первого парижского» периода работы художника. Эрнст выставлялся с импрессионистами, дадаистами, увлекался парижской школой (Ван Гог, Гоген, Сезанн) и метафизикой Джорджио де Кирико, но известен как сюрреалист. Несмотря на то, что флагманом этого направления считается Дали, работы Эрнста в России знает, пожалуй, большее число людей, чем длинноногих слонов испанца. Коллажи Эрнста печатали на обложках романов Бориса Акунина об Эрасте Фандорине, те самые загадочные картинки на маленьких чёрных книжечках – это Эрнст (последнее время, правда, книги издают с другими иллюстрациями).

Так вот, в 1921 году Эрнст прибыл в Париж как дадаист, познакомился и закрутил роман с Галой – будущей музой Дали, которая тогда была замужем за художником Полем Элюаром. В общем, в двадцатые художник не скучал, и Эрмитаж предлагает взглянуть на него как на «исследователя человеческого сознания». Налёт мистики роднит его скорее не с Дали, а с другим великим испанцем, Гойей. Неслучайно кураторы отмечают, что в подготовленных к выставке работах нет акцента на авангардных экспериментах, но есть поиск целостных художественных образов. Российский зритель впервые увидит эту часть наследия Эрнста.

Выставка «Макс Эрнст. Парижские годы» пройдёт с 15 июня по 18 августа 2019.

Анастасия Семенович

Опубликовано 07 июня 2019, 15:29

Другие события

Салон Гурьянова: как устроен музей-квартира петербургского денди

Дом на углу Литейного и Некрасова, парадная с остатками роскоши — неаккуратно закрашенной лепниной, заляпанными мраморными ступенями и метлахской плиткой. Георгий Гурьянов купил здесь квартиру в 2002 году, когда стало сложно оставаться в самозахваченном жилье. Художник, барабанщик «Кино», диджей и денди своими руками сделал из бывшей коммуналки арт-пространство, не похожее на модный «белый куб». Здесь нет бездушного минимализма или (ещё одна петербургская крайность) коммунального загромождения. Это самобытное и стилистически выверенное место: «Фонтанка» прониклась.

Статьи

>