Новые лица для Новой сцены, старые знакомые – для исторической

31 августа 2013, 14:04
Версия для печати Версия для печати

Новый сезон в Александринском театре начался с раскрытия интриги. Напомним, что прошлый сезон завершился здесь презентацией самой современной российской театральной площадки – Новой сцены Александринки, но ее предполагаемый руководитель, Андрей Могучий, незадолго до того стал худруком БДТ. На открытии сезона 2013/2014 худрук Александринки Валерий Фокин перво-наперво объявил имя главного режиссера экспериментальной сцены, а точнее, трех сцен.

Лига бородатых экспериментаторов

Итак, за период с 15 мая Валерий Фокин выбрал даже не одного, а двух руководителей Новой сцены. Вернее сказать, творческий тандем 35-летнего режиссера Марата Гацалова, многократного номинанта и лауреата «Золотой маски», который успел поработать в должности худрука в Прокопьевском драматическом театре и в Русском театре в Таллине (этот пост он занимает до сих пор) и арт-менеджера Полины Васильевой, плодотворно сотрудничавшей с одним из самых успешных и значительных российских проектов в сфере культуры – фестивалем «Территория». Альянс Гацалова и Васильевой сложился в Москве: вместе они организовали Лабораторию молодой режиссуры и драматургии «Мастерская на Беговой», экспериментально-образовательный проект, через который за два года существования прошли десятки начинающих выпускников театральных школ.

Валерий Фокин, который сходу впечатлил собравшихся брутальной небритостью – тут же пришла в голову мысль о внешней солидарности худрука Александринки с бородатым экспериментатором Гацаловым - объявил, что решающим при выборе кандидатуры руководителя Новой сцены стала для него склонность относительно молодого режиссера к строительству театра, к созданию команды единомышленников. Марат станет главным режиссером Новой сцены Александринки, Полина Васильева – ее программным директором. По мнению Фокина, именно в таком типе театра, экспериментальном, проектном, возможность соотнести друг с другом все процессы, спланировать их сосуществование в рамках единой афиши крайне важна, поэтому роль программного директора тут не переоценить.

Валерий Фокин
Валерий Фокин

Разговоры о Новой сцене были оставлены на финал, как способные вызвать наибольшее количество вопросов – Фокин лишь заметил, что Новая сцена – это не обычный театр, который публика покидает сразу после спектакля, это дом, который должен быть открыт 24 часа в сутки. И добиваться интереса к этому дому, по мысли Фокина, надо самыми разными способами – книжными, кофейными, etc.

Рассказывая о планах существования в открывшемся сезоне исторической сцены, Фокин подчеркнул: принципиально, что артисты труппы Александринки непременно будут участвовать в проектах Новой сцены. И даже сострил на тему того, что, мол, боролся он, боролся за сокращение труппы и радовался, что изрядно преуспел, а теперь вот расширять надо актерскую команду, кадров не хватает – слишком большую территорию требуется охватить. В то же время, он напомнил собравшимся о неминуемо грядущем новом федеральном законе, по которому артисты, находящиеся на срочных контрактах, будут обязаны, начиная с 2014 года, проходить переаттестацию, и тут уже никто не сможет сказать, что не нашлось ему точки приложения сил – точек таких в нынешней Александринке, в кои-то веки, перебор. Не раз и не два подчеркивал Валерий Фокин, что историческая сцена и экспериментальное пространство с тремя сценами и сверхвозможностями новых технологий, - нечто вроде сообщающихся сосудов. "Побриться-то мы можем и побриться, - сострил Фокин, - главное - что мы по сути вместе".

Эксперимент эксперименту рознь

Приятно удивил трезвый взгляд Валерия Фокина на неоднозначное зрелище под названием «Невский проспект», представленное в день открытия Новой сцены, 15 мая, в россиевском здании. Напомним, что для этого спектакля зал был радикально перестроен, действие происходило в центре на круглой площадке, зрительские ряды глядели друг на друга, как в зеркало, огромные полотна-экраны закрывали бархат, лепнину и позолоту. Но главное, что тексту, который произносили актеры разных поколений (в спектакле было занятно как минимум полтруппы), было не просто далеко до гоголевского, он сочинялся разными современными авторами, и одни куски вызывающе не стыковались с другими. Про эпизоды действия можно сказать то же самое, поскольку ставились они разными петербургскими молодыми режиссерами, чей талант (успевший проявиться в других работах) погряз под экстравагантностью проекта в целом.

Фокин подчеркнул, что и не предполагал, что этот спектакль станет репертуарным, он важен был ему именно как акция, символизирующая открытость старой Александринки, ее ненафталинность, способность понимать и даже воплощать язык сегодняшних молодых. В этом смысле опыт «Невского проспекта» Фокин, выступивший, по его определению, «переводчиком с русского на русский», оценивает как позитивный. В данном случае, ему виднее.

Что до планов на 2013/2014 год, то они успокаивают, в том смысле, что ничего настолько радикального более не предвидится. Хотя экспериментов – хоть отбавляй. Московский ученик Валерия Фокина Николай Рощин поставит пьесу живого классика польского авангарда (как ни парадоксально звучит такое определение) Тадеуша Ружевича «Старая женщина высиживает». Премьеру сыграют в ноябре. Вообще, по словам Фокина, в этом сезоне на сотрудничество с польским театром делается серьезная ставка, что отрадно, поскольку Польша – одна из двух (вкупе с Германией) ведущих театральных держав мира. Публику ждет новая встреча с замечательным практическим исследователем античного театра Теодоросом Терзопулосом, некогда ставившим в Александринке «Царя Эдипа», где античный гекзаметр не звучал тяжеловесной формой, а стимулировал иную работу психики актера: ни единая бытовая эмоция на сцену не проникла. На сей раз мастер из греческого города Фессалоники займется абсурдистом Беккетом, пьесой «Эндшпиль», прежде в России не ставившейся, переосмысляющей тему семьи в непосредственной близости смерти. Беккет – вторая горячая привязанность Терзопулоса, и оно понятно – тексты ирландского абсурдиста именно по уровню трагических переживаний сродни античным. Премьера намечена на конец марта.

На малой сцене предпримет вторую попытку переосмысления русской классики ученица Камы Гинкаса Ирина Керученко. Возможно, «Солнечный удар» Бунина, исследующий разрушительное свойство любовной страсти, окажется менее умозрительным, чем «Сон смешного человека» Достоевского того же режиссера в том же пространстве.

Сам Валерий Фокин займется «Маскарадом». В продолжение программы «Новая жизнь традиции», согласно которой на Александринской сцене появляются названия, так или иначе связанные с ее историей. К лермонтовскому названию тут не придерешься. «Маскарад» Мейерхольда 1917 года, закрывший траурный занавес за царской Россией, - едва ли не самая известная постановка Александринки за всю ее историю. И в театре до сих пор хранятся занавесы, стулья, и иной реквизит и костюмы этого колоссального спектакля. При этом Фокин уверяет, что сама по себе реконструкция его нисколько не интересует. Вспомнив фокинского «Ревизора», с которого в 2003 году начался новый этап в жизни Александринки, можно утверждать, что одним из сюжетов «Маскарада» 2014 года станут культурные игры, диалог с классикой с учетом открывшихся возможностей. Во всяком случае, Фокин обмолвился, что на Новой сцене уже ведутся исследования, связанные с мейерхольдовским «Маскарадом», и одно из направлений – реконструкция в формате 3D. Но это лишь промежуточная ступень к «Маскараду» XXI века.

Еще одна отрадная новость – новая жизнь тандема Фокин-Могучий, который, казалось, безнадежно распался с уходом Могучего в БДТ. За лето два режиссера-мастера открыли магистраторский факультет создания сценических постановок и набрали первый курс из 25 человека, среди которых и режиссеры, и завлиты, и сценографы, и театральные менеджеры. Они станут обучаться командами, а оцениваться их учеба будет по факту появления продукта. Первые «продукты» должны быть представлены уже к декабрю.

Критерий: осмысленный поиск

О планах, связанных с Новой сценой, автор этих строк расспросила ее руководителей. Полина Васильева объяснила, что видит свою задачу, прежде всего, в том, чтобы выстроить художественный контекст для тех театральных поисков, которыми займется Новая сцена с ее уникальными возможностями. Среди организаций, с которыми планируется сотрудничество, были названы музей современного искусства «Эрарта», петербургское отделение Государственного Центра современного искусства, институт Pro arte. Среди зрителей Новой сцены, по словам Полины, должна оказаться не только молодежь, но и люди, чьи пристрастия в сфере искусства, в свое время, формировались на концертах «Поп-механики» Сергея Курехина. Немалая роль, по мнению Полины Васильевой, должна отводиться образовательным программам, поскольку одной из главных проблем сегодняшнего театра – и с этим не поспоришь - является проблема закостенелости театральных школ, недостаток у выпускников элементарной информации о состоянии современного искусства, и - как итог – дурной вкус. Однако всем, что касается театральной стратегии и собственно лабораторных поисков, уверила Полина, будет заниматься Марат Гацалов.

Марат Гацалов
Марат Гацалов

Блиц-интервью с Маратом Гацаловым вышло лишь телефонное, поскольку сразу после пресс-конференции, режиссер улетел в Таллинн на премьеру собственного спектакля, в котором он занят еще и как актер.

- Что за премьеру вы выпустили в Таллинне?

- Это первый спектакль проекта «Вавилонская башня», который состоит из трех частей. Второй спектакль выпустит Филипп Григорян, третий – Василий Бархатов. Это современные тексты, но все они связаны с мифом о вавилонской башне.

- Будет ли Новая сцена Александринского театра под вашим руководством функционировать как открытая площадка? Сможет ли к вам прийти, условно говоря, режиссер с улицы и предложить некий проект?

- Конечно. Мы абсолютно открыты разным проектам. Не только режиссер, но и любой художник, и музыкант может предложить свою историю. Другое дело, что мы будем садиться и серьезно ее обсуждать.

- А каковы будут ваши критерии оценки проекта?

- Критерии – это все-таки определенный закон, а мы в данном случае, делаем ставку на поиск, на освоение новых территорий, которые вполне могут не подпадать ни под какие известные законы. То есть, поисковые вещи для меня – это и есть критерий. А дальше надо разговаривать, пытаться понять, с чем именно человек дискутирует – не обязательно в сфере театральной, вполне возможно, что и в сфере любых других визуальных искусств, и даже в социальной. Человек должен быть способен объяснить, что именно он хочет попробовать сделать. Понятно, что при строительстве театрального центра «Александринский» были заложены колоссальные технические возможности. Теперь главный вопрос – в том, чтобы эти возможности были реализованы осмысленно, были использованы как инструмент для поиска нового содержательного театрального языка. Театр, как известно, - самое консервативное из искусств, и многие современные художники и музыканты его сильно обгоняют именно в сфере языка.

- А в каких конкретно направлениях будут вестись поиски?

- В разных. Разумеется, прежде всего, мы будем пытаться осмыслить роль интернета, его место в современном театре, его возможности. Кроме того, меня, например, очень интересует все, что связано с медиатехнологиями. На мой взгляд, видео в театре сейчас очень часто применяется совершенно бессмысленно, просто потому что есть такая функция. А мне хотелось бы понять, как этот инструмент работает, как воздействует на зрителя.

- Когда вы приедете в Петербург и вплотную займетесь новой сценой?

- Приеду в середине сентября. А с октября буду здесь постоянно. Но думаю, что первые полтора месяца все же уйдут на то, чтобы оглядеться, разобраться с организационными вопросами. А в ноябре уже начнется плотная работа.

Жанна Зарецкая, «Фонтанка.ру»

 

 

«Война никогда не меняется»: каким стало возвращение в «родные» Пустоши в сериале Fallout

На стриминге Amazon Prime Video 10 апреля вышел первый сезон сериала «Фоллаут» — о жизни в постапокалиптической пустыне от шоураннера «Мира Дикого запада».

Статьи

>