Фото: volgafilm.ru

Потопленный сюжет, потеющий Макконахи: Как автор «Острых козырьков» утонул в «Море соблазна»

24 января 2019, 13:33
Версия для печати Версия для печати

В прокате — «Море соблазна», мистический триллер с Мэттью Макконахи. Теории мирового заговора переплетаются с фрейдизмом, а граница между реальностью и фантазиями размыта, в лучших жанровых традициях.

Стивен Найт умеет напустить туману. Он известен, в первую очередь, как сценарист — в своё время сочинил «Грязные прелести», «Порок на экспорт». Но он ещё и создатель «Острых козырьков» и «Табу», двух самых ярких британских сериалов последних лет. Его талант — строить сюжет неожиданным образом, превращать просмотр фильма в американские горки. Тайны, секреты, двусмысленности — инструменты, которыми он владеет в совершенстве.

В «Море соблазна» этого добра хватает. На пороге дома главного героя появляется его бывшая жена. С неожиданной просьбой: убить ее нового мужа, изувера и мафиози. Из этой нехитрой завязки Найт выжимает максимум. Богатую фактуру вымышленного рыбацкого селения на затерянном в океане острове. Туманное прошлое героя, которое всплывает во флэшбеках. Брутальное настоящее: хэмингуэевские попытки поймать огромного тунца, пьянки в рыбацких барах, секс с местными жительницами, болтовня с аборигенами. Но самое любопытное — то, как сценарист Найт работает, собственно, с интригой. Он предлагает нам наблюдать не за тем, как главный герой мучается совестью: убивать или нет. Эта фабула — только повод, чтобы развернуть жуткий и красочный конфликт между воображаемым миром, алкогольным бредом, подозрительностью с одной стороны, и простой, бытовой, обыденной реальностью, в которой для всего есть свои логические объяснения.

Такая работа с сюжетом — в лучших традициях жанра. Любой хороший триллер по-настоящему не про дом с привидениями и не про тени прошлого, а именно про то, какой зыбкой бывает грань между бредом и действительностью, как легко их порой перепутать. Найт демонстрирует завидное мастерство сочинителя: герой Макконахи мечется между уверенностью, что весь мир вокруг него придуман сыном-компьютерным гением (привет, «Матрица» и «Чёрное зеркало») и всё более редкими прозрениями, что он просто рыбак, который живет на острове, а его бывшая жена желает его использовать в своих целях.



Фото: volgafilm.ru

Одна проблема: сколько бы ни твердили мастера, что для хорошего фильма нужны «сценарий, сценарий и еще раз сценарий», без достойного визуального воплощения не обойтись. Каким бы находчивым, хитро скроенным, умным ни был сюжет, он должен жить на экране, а не только существовать в виде текста и череды событий. А это Найт, опытный сценарист и начинающий пока режиссер, умеет не слишком хорошо. «Море соблазна» даже неприхотливым не назовёшь: Найт попросту не знает, как перенести на экран свой сюжет. Не владеет визуальным языком компьютерных игр, эпизоды, связанные с ними, выглядят вставными новеллами, никак не пересекаются с остальными сценами. Камера то и дело начинает с шумом летать вокруг кораблей, фигур, лиц и рыб. Фильм распадается на красивые кадры, картинки, сцены, ходы — но в единое целое не складывается.

Не придают единства даже первоклассные актеры — Макконахи в главной роли, как обычно, сурово смотрит в кадр, потеет и переживает. Энн Хэтэуэй повторяет приевшийся рисунок роли женщины-вамп: как сто раз до этого играла, так и играет. Фирменный злодей Джейсон Кларк в образе мафиози-истязателя тоже обычен до невозможности. Порой кажется, что и снимать их было необязательно: так, нарезать из прошлых работ крупных-общих планов, перебить их панорамами океанов-островов, и фильм готов. Заурядность визуального решения и актерских работ топит всю хитрость и изощренность сюжета. Они попросту обесцениваются, становятся незаметными. А всё потому, что кино всё-таки искусство синкретическое, состоящее из множества элементов. Среди них нет главного и второстепенного. Они все равны. И если одну составляющую формальной системы поставить выше прочих — конструкция рушится. Как в «Море соблазна». Фильме, который мог бы быть отличным триллером — а стал памятником заурядности.

Иван Чувиляев, специально для «Фонтанки.ру»

Читайте также:

От Тарантино до Пелевина: дюжина самых ожидаемых фильмов-2019

Улицы невидимых рисунков. Как петербургские стрит-артисты создают секретные галереи в домах и заводах, пока вы ходите мимо

Споры о легализации уличного искусства в Петербурге ведутся не первый год: они обостряются в моменты, когда коммунальщики закрашивают изображения всем известных личностей, как это произошло с Иосифом Бродским, и ослабевают в периоды без скандалов. Параллельно с «уличными войнами», в конце июля было объявлено о том, что при поддержке Смольного и ЗакСа в городе организуют школу граффити. И рисовать там будут «патриотичные» работы. Корреспондент «Фонтанки» узнал, где спрятаны сотни артов художников, которые не собираются рисовать по указке, и оказался в заброшенном цехе, в закрытом санатории и на рынке, которые можно хоть сейчас превращать в арт-пространства.

Статьи

>