Фото: Сергей Михайличенко

«Несущий свет, камеру и болторез»: Ретроспектива «русского Бэнкси» в Музее стрит-арта

19 ноября 2018, 21:19
Версия для печати Версия для печати

Московский художник Паша 183 скончался в 2013 году при загадочных обстоятельствах. Работу его памяти посвятил сам Бэнкси. На грандиозной выставке в петербургском Музее стрит-арта показана восстановленная обстановка комнаты граффитиста, фотографии его работ и все оригинальные холсты. Куратором проекта стала Полина Борисова — близкий друг Паши.

«Я вообще-то музейный куратор, не уличный, но в сферу моих интересов одно время попало уличное искусство, — рассказала она «Фонтанке». — И мне скинули одну картинку, сделанную по очень известной фотографии группы «Гражданская оборона» на Красной площади. Там было изображено только двое ее участников, среди которых — мой муж (Игорь Жевтун — Прим.Ред.). Я нашла Пашу в «Живом журнале» и написала ему: «Дорогой друг, вообще-то их четверо на этой фотографии». Он мне тут же ответил, что было мало краски, мало времени и мало места, он нарисовал двух основных, но обязательно дорисует оставшихся. Мы подружились моментально, потому что поняли, что у нас очень много точек соприкосновения, одинаковые взгляды на жизнь».

Выставка Паши 183 занимает практически все здание котельной — в ней есть комната Паши с его личными вещами, огромная стена, заполненная холстами и трафаретами, кинозалы с интервью, диорамы. А также стенды, посвященные различным проектам, включая мюзикл TODD — Паша был соавтором декораций рок-мюзикла группы «Король и Шут».

Сначала посетитель «знакомится» с художником — видит его герб (один из вариантов, их у Паши было несколько) и девиз: «Несущий свет, камеру и болторез», изучает краткую биографию. Например, узнает, что Павел Александрович родился и вырос в Москве, посещал музыкальную школу и даже пел в детском хоре Большого театра, в юности занимался сборкой компьютеров, а граффити увлекся в 14-летнем возрасте. Про его смерть мало известно — не говорит об этом и организатор выставки, отвечая, что не знает ни причины, ни места похорон.

Кстати, о происхождении псевдонима: Паша 183 (или P183, как знали его зарубежные коллеги) увлекался нумерологией и оставил после имени три цифры — сокращение от даты своего рождения, из которой выкинул нули и повторы, — 11.08.1983.



Фото: Сергей Михайличенко

Тут же — фотография электрички с гигантской надписью «Гражданская оборона» и знаменитая цитата из Егора Летова: «Я ищу таких, как я, сумасшедших и смешных, сумасшедших и больных. А когда я их найду — мы уйдем отсюда прочь. Мы уйдем отсюда в ночь — мы уйдем из зоопарка!» Слушая эту музыку, Паша как-то углядел в строительном заборе, огороженном сеткой, образ зоопарка с обезьянами — эту работу на выставке воссоздали. Инсталляции, вынесенные художником в публичное пространство, быстро погибали. Но одна подлинная работа в Музее стрит-арта представлена — все на ту же тему зоопарка: пингвин возле канализационного люка с табличкой на шее: «Выход найден!» Полина рассказывает, что эту работу Паша просто не успел установить — хотя близкие знали его задумку. Так она сохранилась.

Не сохранились и «живые», как говорят в стрит-арте (нетронутые и расположенные на своем месте) работы Паши 183. В Москве осталась всего одна — «Спички кончаются». В Петербурге граффити Паши можно увидеть в кинотеатре в торговом комплексе «Сити Молл» и самом Музее стрит-арта. Но это изображение показать посетителям не удалось: сам бетон, на который нанесена краска, — крошится, и, чтобы его сохранить, пришлось обращаться к профессиональным музейным реставраторам и искать деньги на срочные работы.

Впрочем, свои работы Паша 183 всегда сам фотографировал — эти снимки и составляют значительную часть экспозиции: будь то спроецированный на стену какого-нибудь промышленного здания автопортрет или испуганные глаза девочки.

«Конечно, он был уникален, поскольку никогда не лез в карман за идеей — он ими просто фонтанировал. Плюс у него было достаточно энергии для их воплощения и достаточно смелости, потому что некоторые его инсталляции — на грани. И он помимо всего прочего работал не только головой, но и руками. Это уже четвертая его выставка и я смотрю: господи, как он все это сделал?» — отмечает Борисова. По её словам, у Паши была гигантская работоспособность: например, в 2006 году он расписал 60 стен — притом, что возможности уличного художника ограничены погодой.



Фото: Сергей Михайличенко

В мемориальной зоне — реконструированной комнате художника — посетитель видит многочисленные рабочие инструменты, резиновые сапоги, баллончики, а кроме того — модельки машин, диски, иконы. «Он в ранней юности был толкиенистом, увлекался ролевыми играми, и в уголочке латы стоят, топоры из той поры — рассказывает Полина. — У Паши было безумное количество инструментов — у него было просто все! Даже когда для подготовки этой выставки понадобился паяльник, мы использовали его паяльник, и он работал».

К выставке практически нет сопроводительных текстов — только цитаты из самого Паши 183, его фотографии и видеоинтервью. Например, один из снимков сделан на фоне работы «Индустрия», созданной в 2009 году на московском «Винзаводе», — на ней изображен художник, заключенный в пыточные колодки и с долларами в руках. «В это время начиналась коммерциализация граффити, многие уличные художники переходили на легальное рисование, в галереи, и эта работа — о выборе: либо ты свободный и бедный, либо ты с деньгами, но в колодках», — поясняет Полина.

Доминанта экспозиции — гигантская стена, сверху донизу заполненная работами разных лет. В том числе, портреты музыкантов — Константина Кинчева, Боба Марли, Тупака Шакура, Виктора Цоя, группы ДДТ, Гарика Сукачева. На других работах можно различить, что они были сделаны в одном и том же месте — например, на баскетбольной площадке его двора, где они с друзьями встречались, танцевали брейк, играли в баскетбол и рисовали.



Фото: Сергей Михайличенко

Еще один большой зал котельной занят масштабными инсталляциями. Это, к примеру, «нарезанная» на ломтики машина-«буханка» с мигалками и надписью Police, с «прилагающимся» тостером. Сердце из оранжевых дорожных конусов. Или павильон остановки с нарисованными на прозрачном стекле крыльями позади скамейки — такой как раз хотели разместить на время выставки на Биржевой площади, однако забыли согласовать с властями. У Паши инсталляция называлась «Питер — город ангелов».

«Я довольно редко бываю в Санкт-Петербурге, примерно раз в год, — писал автор, — но каждый раз я убеждаюсь, что наряду с бесконечными гравюрами, статуями и барельефами ангелов здесь живут люди, которых вполне можно назвать ангелами во плоти. Этот проект посвящается всем петербуржцам».



Фото: Сергей Михайличенко

Еще одна инсталляция, которая в пространстве музея выглядит не так интересно, но за которой стоит интересная история, — многократно выросший краб из Space Invaders. Работа создана по мотивам аркадной видеоигры-стрелялки, только расстреливать предполагалось не крабов-пришельцев из пушки, а самим крабом-пришельцем — автомобили, едущие по шоссе (виртуально, конечно). Пластина, закрепленная на канате, ездила взад-вперед и моргала светом, как будто стреляя.

По словам Полины Борисовой, Паша обыгрывал здесь тему борьбы с городскими пробками, а первоначально собирался повесить инсталляцию на проводах между двумя 16-этажками. Но когда они встретились накануне, в полвторого ночи, засомневался: вдруг работа окажется чересчур тяжелой и провода не выдержат?

«Он говорит: «Пойдем сходим в магазин, я куплю там весы», — вспоминает Полина. — «Паша, полвторого!» «Не-не, нормально, я знаю». Мы пришли в магазин, конечно, никаких весов там не было, и тут он вспомнил, что он второй день ничего не ел. Мы купили еды: банку маринованных помидоров, эклеров, сырную нарезку и пачку чипсов. Он расплатился карточкой, и ему пришла смска: остаток — 666 рублей. А это была пятница, 13-е, и, к тому же, Страстная пятница. А Паша был религиозен. Мы вернулись к нему и он стал меня спрашивать: «Как ты думаешь, весит она два килограмма?» А ему нельзя было сказать: «Это жуткий трабл, нельзя вешать между двумя 16-этажками, не дай бог что-то оборвется, два района без электричества, терроризм как минимум, и кого-нибудь еще прибьет». Бесполезно».

В тот вечер Паша все же пошел на предполагаемое место установки инсталляции — но все же передумал, увидев табличку «Не влезай!». А через несколько дней реализовал проект — натянул веревку под Электрозаводским мостом.

«Слава богу, никто не пострадал, — вспоминает Полина. — Но естественно приехали взрывотехники это все снимать. Он мне звонит и говорит: «Слушай у меня, наверное, проблемы с ФСБ». Я говорю: «Паша, дорогой, у тебя же есть справка, что ты дурак?» Он говорит: «Нет». Я говорю: «Ну ты же бросаешь коктейль Молотова в стратегический объект, которым является мост (предыдущая акция Павла Пухова — Прим.ред.), снимаешь это на видео, выкладываешь в интернет, и у тебя нет справки, что ты дурак? Немедленно иди ее получи». Он говорит: «Я уже так замучился таскать все инструменты на себе — я очень хочу получить права». Ну, слава богу, с ФСБ тогда обошлось».



Фото: Сергей Михайличенко

Монографические выставки уличного искусства в последние полгода оккупировали музейное поле: сначала Бэнкси в Москве и Петербурге, затем еще одна западная легенда — Фрэнк Шепард Фэйри в Московском музее современного искусства — и, наконец, Паша 183, в петербургском Музее стрит-арта. По словам куратора, уверенность в этом, что эту выставку можно и нужно осуществить, хотя граффити-сообщество неоднозначно воспринимает подобные проекты, — ей дала сама философия Паши 183.

«Паша был абсолютно уверен, что у него есть определенная миссия и он должен донести эти сообщения до как можно большего числа людей, — говорит Полина. — Именно поэтому он действовал на улице, и поэтому я посчитала возможным сделать реконструкцию его работ, перенеся их в музейное пространство».

Он говорил о ценности мира детства, из которого мы все произошли, необходимости посильно менять в лучшую сторону жизнь вокруг себя — в том числе с помощью искусства. А также об уходящем времени. Об этом — инсталляция-мясорубка со вставленным в нее часовым циферблатом. И цитата на одной из стен:

«Остановитесь на мгновение, ваша суета никуда не денется, а вот драгоценные минуты счастья порой уже не повторить. Помните...»

Выставка открыта до 3 марта.

Алина Циопа, «Фонтанка.ру»

Читайте также:

Как в Петербурге зарабатывают на Бэнкси

 

Проект "Афиша Plus" реализован на средства гранта Санкт-Петербурга

Улицы невидимых рисунков. Как петербургские стрит-артисты создают секретные галереи в домах и заводах, пока вы ходите мимо

Споры о легализации уличного искусства в Петербурге ведутся не первый год: они обостряются в моменты, когда коммунальщики закрашивают изображения всем известных личностей, как это произошло с Иосифом Бродским, и ослабевают в периоды без скандалов. Параллельно с «уличными войнами», в конце июля было объявлено о том, что при поддержке Смольного и ЗакСа в городе организуют школу граффити. И рисовать там будут «патриотичные» работы. Корреспондент «Фонтанки» узнал, где спрятаны сотни артов художников, которые не собираются рисовать по указке, и оказался в заброшенном цехе, в закрытом санатории и на рынке, которые можно хоть сейчас превращать в арт-пространства.

Статьи

>