Если министерство культуры ничего нового не придумает, с 5 февраля всем (в том числе, яростным противникам страшилок и назидательности) следует строем шагать в кинотеатры, где начнут показывать фильм Андрея Звягинцева «Левиафан».

Судьба у картины незавидная — ничего хорошего от скандалов, обсуждений, дебатов, драк киноискусство отродясь не получало. Вокруг картины сложился уже такой ореол новостных заголовков, что от ее просмотра ждут если не революции, то точно откровения. Не получив — бегут жаловаться. Тонко снятая самым мастерским отечественным режиссером, разыгранная crème de la crème-составом русского кино притча про человека и жестокий мир, в котором на ногах не устоять, преобразилась теперь в какой-то митинг-концерт.

Вернуть «Левиафану» первоначальный смысл, увидеть не шумного виновника статусов в Facebook, а произведение искусства еще можно — для этого надо только хорошенько забыть все сказанное и написанное и отправляться смотреть картину туда, где она должна быть представлена зрителю. В кинотеатр. Только на большом экране и можно увидеть выдающуюся работу оператора Михаила Кричмана, построенную на тонкостях и нюансах игру Елены Лядовой, Алексея Серебрякова и — ну естественно — Романа Мадянова. Может, тогда мундир бунтарского произведения с фильма отвалится — и откроется все лучшее, что в нем есть. Поверьте, его очень и очень много.

Также читайте материал "Фонтанки" "Правила жизни Андрея Звягинцева и его «Левиафан»".

Иван Чувиляев

Опубликовано 30 января 2015, 12:45

Другие события

Жена не рукавица: Лиза Моряк исполняет супружеский долг в «Сказке о царе Салтане» Сарика Андреасяна

Новая экранизация «Сказки о царе Салтане» — второе обращение режиссера Сарика Андреасяна к наследию Пушкина, после вышедшего два года назад «Онегина». Простенькая по сравнению с «энциклопедией русской жизни» стихотворная сказка, похоже, гораздо менее вдохновляла автора сценария Алексея Гравицкого, на которого опять легла задача по смешиванию оригинальных стихов и собственной прозы: в «Сказке…» гораздо меньше тех словесных перлов, которые превращают «Онегина» в своего рода лингвистическую комедию абсурда.

Статьи

>