Главное событие недели — с четверга 19 декабря можно выстраиваться в очереди у кинотеатров, чтобы посмотреть продолжение «Хоббита»: «Пустошь Смауга».

Вторая часть приобрела вполне конкретные черты англомании (ничего странного, учитывая национальность автора первоисточника, но все-таки): Смауг заговорил голосом «Холмса» Бенедикта Камбербатча (это в пандан к «Ватсону» Мартину Фримену в роли Хоббита), да еще объявился Стивен Фрай («Майкрофт» из уже другой версии, раз на то пошло) в роли хозяина Озерного города.

Есть и нововведения, которых не было в книжке, придуманные Джексоном. Появилась героиня, о которой Толкиен и не подозревал — боевитая эльфийка Тауриэль, вместе с которой в эпопею вошла любовная линия (с гномом, если кому-то интересно). В общем, становится понемногу ясно, как так получилось, что тонюсенькая книжечка обернулась у Джексона тем же объемом экранного времени, что монументальный «Властелин колец»: своего тут гораздо больше, чем в первой саге.

Одна только беда — если «Властелин» был глотком свежего воздуха, первопроходцем на ниве большого стиля новой эпохи, то «Хоббит» это уже эпигонство, одним размахом и живописностью не отделаешься, нужно еще что-то. Что именно — см. выше. Насколько такое «еще что-то» результативно — см. в кинотеатрах.

Иван Чувиляев

Опубликовано 16 декабря 2013, 14:14

Другие события

Куда уходит детство, баклан?

Майк Джадж снял новых «Бивиса и Баттхеда» — и они не изменились. В отличие от нас.

Статьи

>