Никогда еще отечественное кино не было так близко к провалу - кажется, что всех каннских участников российского разливав в этом году дружно проигнорировали. Фильм “Отдать концы” выходит полутора копиями, про участь “Майора” ничего не слышно. “В ожидании моря” казахского Кустурицы Бахтиера Худойназарова на экраны выходит, но событием это никак не назовешь.

Автор “Лунного папы” привык лепить фантастику из инструментария семипалатинского краеведческого музея - и здесь лишь привычными движениями придает нехитрым скетчам облик волшебной сказки.

Обмелевшее Аральское море должно вернуться, как только морячок (Егор Бероев) искупит свою вину перед ним. Тот старательно строит один хитрый вездеход за другим, ползает по песку, принимает гостей разных мастей (дедушка с бараном, девушка с веслом, мальчик в тюбетейке). Естественно, чудо произойдет, корабль поплывет, домики взлетят, коровы, козы и фактурные бабушки хором споют песенку.

Только если лет десять назад этот гибрид выступления народного ансамбля и новогодней елки еще вызывал хотя бы антропологический интерес и годился по статье “oh, those kazakhs” - теперь на “Море” можно завернуть только чтобы проверить, все ли на месте. И то - только тем редким безумцам, которых волнует вопрос, верит ли еще сказочник в собственные басни. Верит, бедолага. Единственный.

Иван Чувиляев

Опубликовано 11 октября 2013, 15:33

Другие события

«Мы не знали даже, как он выглядел». В Петербурге впервые рассказали историю антиквара Гомулина и показали его коллекцию

Александр Кузьмич Гомулин (1876 — после 1940) был известным петербургским-ленинградским букинистом и антикваром. В царское время в его магазинах регулярно проходили обыски с конфискацией книг революционеров, а при советской власти Гомулина ссылали в Северный край. При этом Гомулин был человеком с большой волей к жизни и любовью к своему делу; в жесточайшие «исторические времена» он сохранил не только профессию, но и уникальную коллекцию печатной графики. Именно её показывает на выставке Музей истории религии — и это настоящее сокровище. Историю самого Гомулина музей тоже рассказывает впервые: сведения о книжнике кураторы собирали по крупицам около семи лет.

Статьи

>