«Авторский театр» Олега Дмитриева показывает свой лучший спектакль — не имеющий никакого отношения ни к картине Рембрандта, ни к саге Лукьяненко. В центре повести Михаила Кураева, по которой Дмитриев сделал инсценировку, пожилой вохровец, ночной сторож, в прошлом служивший в НКВД и проливший немало невинной крови. Монолог его больной совести, одновременно мольба о прощении и тщетная попытка самооправдания, звучит в удивительно сильном и темпераментном исполнении актера МДТ Сергея Козырева. Андрей Пронин 

Опубликовано 30 марта 2013, 00:29

Другие события

Сигма-баба и причепуренный скуф: Екатерина Стулова и Иван Охлобыстин в сказке «Домовенок Кузя 2»

В сиквеле «Домовенка Кузи», вышедшем год и три месяца спустя после первого фильма, режиссер Виктор Лакисов продолжает развивать яркий образ Бабы-Яги, осевшей в человеческом мире и превратившейся скорее в положительного персонажа. Главным антигероем теперь выступает Кощей, но у него большую часть фильма связаны руки, поскольку он не может выбраться из своего логова без волшебной иглы, которую должны спрятать и охранять домовые Кузя и Нафаня.

Статьи

>