Эпиграфом к постановке оперы Чайковского «Евгений Онегин» режиссер Юрий Александров взял слова самого автора гениальной оперы: «Я никогда не отдам этой оперы в Дирекцию театров, прежде чем она не пойдет в консерватории. Мне нужна здесь не большая сцена с ее рутиной, условностью, с ее бездарными режиссерами, бессмысленной, хотя и роскошной постановкой... Для “Онегина” мне нужны певцы, которые будут просто, но хорошо играть...»

После недавней вызывающей постановки этой лирической оперы в Михайловском театре Андреем Жолдаком, где режиссерский произвол, может быть, и способный удивить нагромождением абсурда драматическую публику, попирает законы музыки, очень хочется послушать оперу Чайковского с ее очень доверительным тоном высказывания в исполнении, где уважается музыка – где не топают и не швыряются предметами во время пения, и где сочувствуешь героям, когда они стреляются из-за глупой ссоры. Можно надеяться, что певцы этого театра – из серии тех, о ком мечтал Чайковский, а Юрий Александров – по крайней мере, умеет музыку слышать. Наталья Северин

Опубликовано 24 ноября 2012, 23:12

Другие события

Сосланные «безбожные» художники и «Спящее правосудие». Эрмитаж показал графику, из-за которой ломали копья в XVI веке

Музей впервые открыл выставку графики «малых мастеров» — вдохновленных Дюрером его младших современников, чьи работы зачастую не превышали размеров спичечного коробка, - «Вселенная в миниатюре». Речь идет о немецких графиках следующего поколения после Дюрера, — точнее, о четырех из них: братьях Бартеле и Зебальде Бехаме, Георге Пенце и Генрихе Альдегревере. Трое из них родились в 1502-м, один — в 1500-м, как раз, когда Дюрер написал свой великий автопортрет в одежде, отделанной мехом.

Статьи

>