«БлюДо и после» (Блюдо: до и после) – арт-проект Дмитрия Бучина. Суть его в том, что коллекцию «кузнецовских» фарфоровых тарелок конца XIX века взяли да и расписали в начале XXI столетия ведущие современные художники Москвы и Петербурга. Например, у Влада Мамышева-Монро на тарелочке с голубой каемочкой появился портрет легендарной Мэрилин Монро. У Ольги Тобрелутс – японские старушки, рассказывающие друг другу страшные истории про нечистую силу. На тарелке Баби Бадалова «Я гуляю папарису» зафиксированы с помощью каллиграфических изысков прогулки художника по культовым местам французской столицы: Лувр, площадь Бастилии, Монпарнас, бульвар Сен-Мишель, Нотр-Дам де Пари.

Интересно, что кроме Марины Икоку, что изучала керамику еще в Мухинском училище (ныне художественно-промышленная академии имени Штиглица), среди участников проекта нет тех, кто ранее имел бы дело с фарфором или с керамикой. Несмотря на это, все произведения (все росписи) сделаны авторами на высоком художественном уровне.

По мнению искусствоведа Андрея Хлобыстина, этот парадоксальный факт объясняется «особой природой петербургского титанизма». В городе на Неве художник понимается не как специалист, а как гений, находящийся в возвышенном состоянии. И поэтому он может создавать шедевры в любых техниках и в любых жанрах. Всего в проекте приняло участие 60 художников, в том числе, Алексей Беляев-Гинтовт, Владислав Гуцевич, Олег Котельников, Борис Кошелехов, Олег Купцов, Александр Менус, Гоша Острецов, Сергей Шутов и Андрей Хлобыстин. Их усилиями и талантом обычные белые тарелки получили «вторую жизнь»: они теперь радуют глаз и будят воображение. Но в спорах об искусстве их лучше не использовать: они ведь хрупкие! Михаил Кузьмин 

Опубликовано 22 сентября 2012, 23:59

Другие события

«Мы не знали даже, как он выглядел». В Петербурге впервые рассказали историю антиквара Гомулина и показали его коллекцию

Александр Кузьмич Гомулин (1876 — после 1940) был известным петербургским-ленинградским букинистом и антикваром. В царское время в его магазинах регулярно проходили обыски с конфискацией книг революционеров, а при советской власти Гомулина ссылали в Северный край. При этом Гомулин был человеком с большой волей к жизни и любовью к своему делу; в жесточайшие «исторические времена» он сохранил не только профессию, но и уникальную коллекцию печатной графики. Именно её показывает на выставке Музей истории религии — и это настоящее сокровище. Историю самого Гомулина музей тоже рассказывает впервые: сведения о книжнике кураторы собирали по крупицам около семи лет.

Статьи

>