13 сентября балетом «Жизель» открывается юбилейный, 180-й сезон в Михайловском театре. Юбилей, конечно, тот еще. Ну не 200 же лет. Но планы каковы! Начать того, что первую пресс-конференцию сезона Владимир Кехман провел вместе с одним из величайших дирижеров мира Даниэлем Баренбоймом.

Разумеется, маэстро Баренбойм не возглавит в ближайшее время оркестр Михайловского театра. Но его специально подготовленную для Петербурга программу с оркестром берлинской Штатскапеллы петербуржцы услышат 5 и 6 сентября 2013 года в Михайловском театре, и событие это немедленно вписывает еще совсем недавно нафталинный МаЛеГОТ в ряд самых рейтинговых концертных залов мира, репертуар которых всякий порядочный меломан заносит на собственном PC в раздел «Закладки». И то, что маэстро такой величины впервые за постсоветскую историю приезжает в город не в рамках гергиевских «Звезд белых ночей» и не в Филармонию в контексте глобального федерального проекта (как приезжал в прошлом году Риккардо Мути), а по личному приглашению директора Михайловского театра Владимира Кехмана, свидетельствует о том, что, скорее всего, именно здесь, в директорском по типу управления стационаре, вполне может сложиться афиша, достойная мировых грандов.

Кехман, конечно же, выглядит победителем, и имеет право. Для несведущих приведу пример, позволяющий оценить уровень этой административной победы: молодой, но уже один из самых востребованных в мире маэстро Василий Петренко, который с минувшего лета по приглашению Кехмана занимает пост главного приглашенного дирижера Михайловского, сообщает в одном из интервью, что вот сейчас ведет переговоры с Метрополитен-оперой на 2016 год. Таковы возможности планирования у дирижеров с мировым именем. Кехман заполучил маэстро Баренбойма на свой юбилейный сезон за два года до события – и это срок рекордный.

Сам Владимир Кехман, рассказывая о том, как он поехал на открытие сезона в миланский «Ла Скала», увидел там Баренбойма, был потрясен и представлен, как потом встретился с маэстро в Москве, ночью, случайно, и был удивлен его отзывчивости, - уже не напоминает героя плутовского романа. После того, как он год назад без запинки сыпал сложнопоизносимыми фамилиями балерин экстра-класса, участниц одного из Гала-концертов в Михайловском, не удивляет, что название оперы «Дон Жуан», которая звучала на открытии «Ла Скала», Кехман произносит на итальянский манер - «Дон Джованни». За пять лет Владимир Абрамович Кехман на посту менеджера в сфере культуры из персонажа многочисленных анекдотов, кочевавших в арт-тусовках обеих столиц, превратился в фигуру основательную и конкурентоспособную. И планы 180 юбилейного сезона тому свидетельство.


Над «Онегиным» здесь работает уже не Игорь Коняев, а гражданин Украины Андрий Жолдак, один из самых ярких авангардных режиссеров постсоветского пространства (премьера намечена на 26, 27 и 28 октября 2012 года). Один из самых заметных европейских постановщиков-экспериментаторов, немец Вилли Деккер, только что заставивший мировую театральную общественность бурно обсуждать его «Травиату» в нью-йоркской Метрополитен-опере, займется в Михайловском театре ни много ни мало как оперой «Билли Бад» Бенджамина Бриттена. Главной балетной премьерой сезона станет «Ромео и Джульетта» Начо Дуато. Все эти события автоматически выводят театр Кехмана на уровень европейского (как минимум) уровня ньюсмейкеров, и с этим уже не поспоришь. Особенно если держать в голове, что Дуато сотрудничает с театром на постоянной основе как художественный руководитель балетной труппы, и после отъезда за океан Алексея Ратманского, занимавшего ту же должность в Большом театре, обеспечивает Михайловскому исключительное положение единственного столичного театра, где балетом заправляет современный действующий хореограф мирового уровня. В то же время упоминавшийся уже молодой да ранний маэстро Василий Петренко заявил о своих планах поработать с оркестром театра над выпуском «Летучего голландца» Вагнера (премьера намечена на лето 2013 года), а еще через год – над «Кармен» Бизе. Притом, что постоянно Михайловский оркестр находится под присмотром крепкого дирижера Михаила Татарникова, которого год назад Кехман переманил из Мариинки.

Особый вес всем этим объявлениям придало то, что рядом с Кехманом, как уже было сказано, сидел собственной персоной маэстро Даниэль Баренбойм, не отказавшийся за год до выступления в Михайовском посетить пресс-конференцию по поводу открытия юбилейного сезона. Мистер Баренбойм был разговорчив, признавался в великой любви к маэстро Мравинскому, заявив в итоге, что считает выдающегося ленинградца одним из двух величайших дирижеров XX века. Кроме того, с удовольствием говорил о своих российских корнях – все его бабушки и дедушки покинули Россию в 1862 году, по причине еврейских погромов и перебрались в Аргентину. Так что, по словам Баренбойма, находиться в России он хотел бы все чаще и больше, и он не исключает возможности, как он выразился, «поработать в яме» Михайловского, что означает длительную работу над каким-либо оперным проектом.

С особой взвешенностью и заинтересованностью мистер Барейнбойм говорил и на еще две темы. Первая – его работа со знаменитым им же созданным молодежным арабо-израильским оркестром «Западно-Восточный диван». Маэстро считает ее своим посильным и единственно возможным вкладом в преодоление арабо-израильского конфликта – с особой гордостью он отметил, что является единственным человеком в мире, имеющим одновременно израильский и палестинский паспорта. Вторая острой для Баренбойма темой оказалась проблема финансирования крупнейших музыкальных институций. Как человек, 18 лет руководивший Чикагским филармоническим оркестром, он засвидетельствовал, что в США даже самые крупные музыкальные проекты существуют только на спонсорские деньги, и, на его взгляд, это принципиально неверно, «даже если бы была гарантия частных денег». По мнению Баренбойма, «музыка и культура в целом – то, с чем напрямую связано качество жизни, а часть обязанностей любого правительства перед обществом – повышать качество жизни». Одним из первых шагов на пути соединения музыкальной и повседневной жизни маэстро считает введение всеобщего музыкального образования в рамках средней школы. «Музыка не должна быть элитарным удовольствием», - уверенно заключил мистер Баренбойм. И, как ни странно, немедленно нашел в зале поддержку и подтверждение своим мыслям: одна из журналисток рассказала, что была на концерте Баренбойма в Ла Скала, где зал не только слушал музыку Бетховена и Шенберга, но и принялся ее вытанцовывать. Как ни сложно представить себе сюиты и квартеты Шенберга в качестве танцевальных тем, маэстро пообещал, что в России во время его концерта непременно случится то же самое. Жанна Зарецкая