Когда итальянские режиссёры братья Паоло и Витторио Тавиани побывали однажды на спектакле тюремного театра, где все роли исполняли заключённые, то были настолько потрясены увиденным, что решили снять об этом фильм. Предложили режиссёру поставить «Юлия Цезаря» Шекспира и зафиксировали на плёнку весь процесс — от распределения ролей до премьеры. Будь то немецкий, российский или английский фильм, дело свелось бы к социально-моральной рефлексии: у преступников тоже есть душа, а содержат их плохо, во всём виновато общество и вообще как страшно жить. Но тут есть несколько нюансов. 80-летние братья Тавиани — не просто итальянцы, они ещё и классики, практически единственные из живых наследников великого итальянского кинематографа. И для них не Шекспир — повод поговорить о тюрьме, а тюрьма — повод поговорить о Шекспире. О героях драмы, которые остаются верны себе, и актёрах, которые и рады бы от себя отказаться, да камера тесна. Впрочем, и без этих тонкостей сцена массового тюремного бунта после речи Марка Антония — очевидно гениальна. Золотой приз Берлинского фестиваля. Лилия Шитенбург 

Опубликовано 20 августа 2012, 03:59

Другие события

«Халатный» Пушкин, «Кружевница» и автопортрет с видом на Кремль. Русский музей открыл большую выставку Василия Тропинина

У выставки минималистичный дизайн, а свет в одном из залов выставлен с помощью торшеров. Но это тот случай, когда стоит вчитаться в кураторские тексты, а то и самим поискать из любопытства что-то в Сети (правда, во дворце связь так себе). Потому что портреты и жанры Тропинина складываются в панораму, где есть место и большой истории, и частным сюжетам в фандоринском духе.

Статьи

>