Спектакль Анатолия Праудина, поставленный по поздней повести Льва Толстого, стилизован под наваристый народный лубок. Присутствуют комические гэги, «соленые» частушки и неожиданные преображения реквизита: деревянные чурбаны запросто «выступают в ролях» пистолетов и даже банкнот. В сухом остатке возникает образ вечной России, всегда неустроенной, всегда кающейся и снова грешащей. Андрей Пронин
 

Опубликовано 21 апреля 2012, 04:59

Другие события

Сигма-баба и причепуренный скуф: Екатерина Стулова и Иван Охлобыстин в сказке «Домовенок Кузя 2»

В сиквеле «Домовенка Кузи», вышедшем год и три месяца спустя после первого фильма, режиссер Виктор Лакисов продолжает развивать яркий образ Бабы-Яги, осевшей в человеческом мире и превратившейся скорее в положительного персонажа. Главным антигероем теперь выступает Кощей, но у него большую часть фильма связаны руки, поскольку он не может выбраться из своего логова без волшебной иглы, которую должны спрятать и охранять домовые Кузя и Нафаня.

Статьи

>