В Европейском университете объяснят, чем еврейский Петербург отличается от «обычного»

Версия для печати Версия для печати

К началу ХХ века Петербург стал культурной столицей российского еврейства, притом что для большинства евреев оставался вообще-то закрытым. О том, как еврейская культура отразилась в «городском тексте», на бесплатной лекции 13 июня в ЕУСПб расскажет профессор Мичиганского университета Михаил Крутиков.

Осип Мандельштам, Лев Лунц, Хаим Ленский — что в них общего? Писали в разных жанрах, разных стилях и даже на разных языках. Например, Хаим Ленский (он переехал в Ленинград в 1925-м) считался едва ли не самым талантливым поэтом Советской России, пишущим на иврите. Если уж до языков, то Лунц знал древнееврейский, французский и старофранцузский, английский, итальянский, испанский, — когда успел? Прожил всего 23 года. Осип Мандельштам фигурирует в справочниках именно как русский поэт, «один из крупнейших в ХХ веке».

«Запретный, но желанный город породил богатое разнообразие образов, сочетавших элементы русского «петербургского текста», библейские мотивы и конкретные детали российского еврейского быта», — отмечает лектор, Михаил Крутиков. Он профессор в Мичиганском университете (на отделении славянских языков и литератур и в Центре иудаики Франкеля), постоянный автор нью-йоркской газеты «Форвертс» (издающейся на идише), автор нескольких научных трудов на тему иудаики. Крутиков проследит, кому были адресованы тексты видных петербургских евреев, как они «считываются» сегодня, каков он, «еврейский текст» Петербурга и чем отличается от текста Петербурга «обычного».

На лекцию «Еврейский текст Петербурга» собираемся 13 июня в ЕУСПб (Гагаринская, 6/1, вход со Шпалерной), аудитория № 430 (Белый зал), начало в 18:00, вход свободный.

Александра Шеромова

Опубликовано 10 июня 2019, 15:57

Другие события

Жена не рукавица: Лиза Моряк исполняет супружеский долг в «Сказке о царе Салтане» Сарика Андреасяна

Новая экранизация «Сказки о царе Салтане» — второе обращение режиссера Сарика Андреасяна к наследию Пушкина, после вышедшего два года назад «Онегина». Простенькая по сравнению с «энциклопедией русской жизни» стихотворная сказка, похоже, гораздо менее вдохновляла автора сценария Алексея Гравицкого, на которого опять легла задача по смешиванию оригинальных стихов и собственной прозы: в «Сказке…» гораздо меньше тех словесных перлов, которые превращают «Онегина» в своего рода лингвистическую комедию абсурда.

Статьи

>