Лев Лурье объяснит, в чем Петербург – немножко Таганрог

Версия для печати Версия для печати

Говорят, будто Петр I начал праздновать День рождения города аж за неделю до его основания: выгнал шведов, засел в срубе на Петровской набережной, которой еще не было – и давай отмечать. А потом заявил: «Здесь будет город заложен». «Наверняка вранье», – ответственно заявляют в ДК Лурье. Правду можно узнать в квартире Кости Кройца 28 и 29 мая от самого Льва Лурье.

У Петербурга и без всяких фантазий предостаточно удивительных историй. Начать хоть с той, что Петербург – это немножко Таганрог. Петр Алексеевич затевал делать столицу на мысе Таганий Рог у Азовского моря и по обычаю не пришел на готовенькое, а начал в 1698 году с нуля. Но после решил прорубать окно в Европу на севере и тут во многом пригодился генплан, разработанный для Таганрога. Но насколько этот первый в России регулярный план оказался впору нашему не очень приазовскому ландшафту?

Или взять «белые ночи». Как петербуржцы умудрились присвоить их себе до такой степени, что погулять в это время года к нам едут даже финны, у которых ночи вообще-то «белее»? Или еще одна почти мистическая особенность: каким образом постоянно накатывающие волны мигрантов не размыли понятие «петербургский дух»?

Обо всем этом расскажет «истый горожанин и беспристрастный исследователь» Лев Лурье на лекции «Лурье и Петербург. Город и человек», которая пройдет 28 и 29 мая в закрытом клубном заведении на последнем этаже доходного дома – в т.н. «квартире Кости Кройца» (ул. Марата 1). Начало в 19.30. Подробности на сайте. 

Александра Шеромова

Опубликовано 21 мая 2018, 14:21

Другие события

«Исчезнуть, войти в белый шум и испугаться себя»: как мы сходили на новую выставку в «Севкабель Порту»

В цеху «Севкабель Порта» напротив выставки Цоя открылась большая экспозиция мультимедийного искусства «Траектории интервалов» от команды dreamlaser. «Фонтанка» прошла по маршруту из 12 световых инсталляций: полетала в цифровом космосе, искупалась в светодымовом тоннеле, растворилась в воздухе, походила по «лаве» (и не сгорела), но под конец испугалась обычного куска черной ткани — воплощения собственного подсознания.

Статьи

>