В Петропавловке расскажут, куда исчезла Янтарная комната

Версия для печати Версия для печати

Почему Янтарная комната не была эвакуирована и не даже толком спрятана – и, наконец, куда исчезла? Эта история – один из главных «музейных детективов» ХХ, да и XXI веков. Казалось бы, все версии известны, но 27 апреля в лектории Петропавловской крепости историк Александр Мосякин берется представить найденные им уникальные документы – и свою книгу об этом.

Книга называется «Прусское проклятие»: как известно, шедевр создали для прусского короля Фридриха I, но по воле его сына Фридриха Вильгельма II подарили Петру I. Правда, тогда это был «кабинет» – до размеров «комнаты» (на самом деле, конечно, зала) он вырос уже под присмотром Растрелли. И исчезла комната – из Пруссии, из Кенигсберга, куда была перемещена немцами во время войны, отмечает Мосякин.

О судьбе Янтарной комнаты он писал еще в своей книге с невинно-«путеводительным» названием «Жемчужное ожерелье Санкт-Петербурга» (в которой, между тем, рассказывал драматичную историю бывших царских резиденций). В «Прусском проклятии» автор прицельно прослеживает путь Янтарной комнаты от Царского Села «и до…». Мосякин уверен, что знает, где сейчас находится комната, – в своих исследованиях он опирался на беседы с Анатолием Кучумовым, хранителем комнаты, после войны участвовавшим в комиссии по розыску похищенных нацистами ценностей, и работал с архивами немца Георга Штайна, искателя сокровищ Третьего рейха, странным образом погибшего 20 лет назад.

Об этой и других загадках Янтарной комнаты узнаем 27 апреля в лектории Петропавловской крепости (Иоанновский равелин).

Начало в 18.30, вход свободный.

Александра Шеромова

Опубликовано 25 апреля 2018, 23:21

Другие события

Печать интеллекта. Как «Культурный блокнот» захватил летний Петербург и стал народным увлечением

Акция «Культурный блокнот» первоначально анонсировалась в Петербурге с 27 мая по 30 июня. Потом ее продлили до 31 августа. Но, как узнала «Фонтанка», и это не конец. Горожане и гости Петербурга настолько полюбили коллекционировать печати, что прекращать это дело было бы негуманно, да и невозможно в принципе: люди и посетители все равно бы продолжили.

Статьи

>