Фото: ГМЗ «Петергоф»

Ванька мокрый, разминирование и 10 человек в час. Что ждет петербуржцев в музеях-заповедниках после открытия

07 июля 2020, 19:06
Версия для печати Версия для печати

Ворота пригородных парков открылись, но горожане пока туда не хлынули. «Фонтанка» узнала у директоров музеев-заповедников, как изменятся условия доступа и цены.

Открытия музеев-заповедников горожане больше всего требовали в условиях ограничений: гулять по пыльным улицам нет больше сил, а вдыхать ароматы чужих шашлыков на диких территориях — удовольствие для крепких духом. Парки открылись — и посыпались жалобы: сохранить льготы в период безденежья смогли не все. Директорам пришлось объяснять ситуацию и обещать новые события и территории.

Первое, что обнаружили в ГМЗ «Петергоф», который открыл парки для посетителей 3 июля, — посетители не так хорошо владеют компьютерной грамотностью, как бы того хотелось. «Главная проблема, которая нам видится, — люди очень плохо справляются с электронными билетами, — рассказала 7 июля журналистам Елена Кальницкая. — У них нет такой привычки».

Вопрос сняли открытием дополнительной кассы. Правда, первая радость от встречи с прекрасным закончилась даже раньше, чем выходные: в пятницу 3 июля Нижнем парке приехало гулять 10 тысяч человек, в субботу — 15, в воскресенье — всего лишь 5 (вы помните, весь день лил дождь), а в понедельник — и вовсе меньше тысячи. Во вторник людей приехало немногим больше, чем в понедельник. Елена Кальницкая рассказала, что в музее делали предположения, сколько будет посетителей в первый день. Ни директор, ни ее зам не угадали.

То, как гости себя вели, руководство музея тоже озадачило: горожане и туристы, хоть и робея, снимали маски, преодолев турникеты. Елена Кальницкая просит маски не снимать: «Это важный момент уважения друг к другу, ситуации, в которую попала страна, мир».

А вот глава ГМЗ «Павловск» Вера Дементьева борется за здоровье гостей другим методом — «ингаляциями» при помощи лекарственных растений.

«Мы призадумались и сделали новую высадку растений в наши клумбы — в Собственный садик, на Больших кругах, в садоводстве Боде — а сегодня оно просто роскошно! — поделилась Дементьева. — Посадили лекарственные растения, которые обеззараживают воздух, укрепляют силы и создают настроение. Может, эти цветы не обладают такой декоративной роскошью, как, допустим, розы, но, поверьте, ароматы их великолепны! И это не только успокаивает, но еще и обеззараживает».

Говоря о том, чем можно поправить здоровье в Павловске, директор упомянула липовый цвет и Ваньку мокрого (официально — бальзамин). Так что не удивительно, если, с учетом полезных свойств этих растений, горожане будут их не только нюхать, но и попытаются собрать.

В «Петергофе» тоже к здоровью посетителей подошли всерьез — но другими методами. Здесь рассчитали площадь всех дорожек открываемых садов (именно дорожек, а не парков!) и, исходя из нее, высчитали допустимое число гостей. Так, в Нижнем парке могут единовременно находиться 9 тысяч человек, в Александрии — 2 тысячи, в Ораниенбауме — 3 тысячи.

Но если в парках просторно, с помещениями дела обстоят хуже. «У нас целый ряд музеев не сможет открыться вообще, — предупредила Елена Кальницкая посетителей „Петергофа«. — Ни Марли, ни Монплезир, ни Эрмитаж — наши маленькие парковые павильоны не годятся для этого. Потому что при той социальной дистанции, которую нужно установить, надо по одному человеку пускать. Но экономику никто не отменял — электричество, смотрители, за которых мы волнуемся».

Всего здесь изначально планировали открыть три объекта — Большой дворец в Ораниенбауме, в Петергофе и «Коттедж». Но ясность пока есть только с большим дворцом Ораниенбаума — он примет посетителей 17 июля. И то — музей смогут посмотреть лишь 10 человек в час: двумя группами по 5 человек.

У «Павловска» сходные опасения. «Думаю, что 16 июля мы откроем дворец и часть — только часть! — павильонов, — рассказала Вера Дементьева. — Потому что в таких павильонах, как Пиль-башня, мы не сможем обеспечить стандарт безопасности, там только один человек может находиться».

Директор заповедника предупредила, что и во дворце в силу его планировки открыть получится не все помещения. Конкретные маршруты сейчас прорабатываются — но парадные залы точно покажут, как и половину Марии Федоровны (в режиме: пять человек зашли, вышли — заходят следующие). А вот Музей костюма, видимо, не откроется вовсе.

Из радостных перспектив ближайшего времени — возвращение скульптур оленей на Олений мост, возрождение паромной переправы на остров княгини Ливен на средства гранта Евросоюза и другие объекты. А еще — важная для Павловска веха — он будет разминирован.

«К нам прибыли военные, саперы, они у нас работают четвертый сезон и завершат в этом году разминирование и поиск всех опасных предметов, — поделилась Вера Дементьева. — Мы были известны тем, что бесконечно случались ЧП, когда находили мины, снаряды военного времени. Так что вся земля Павловска в этом году будет очищена от смертоносного военного железа, и у нас есть гарантия на 5 лет. Почему только на 5? Потому что земля имеет свойство подвижек, и она выталкивает это железо».

Завершение разминирования не касается дна реки Славянки и прудов — они еще не безопасны.

ГМЗ «Царское Село» в первые дни своей работы столкнулся с рядом гневных писем и даже петицией. Её авторы обращают внимание на отмену бесплатного прохода в вечерние часы (сходный конфликт вышел в «Павловске», но там бесплатные часы только сократили), запрет пользоваться велосипедами в Александровском парке и перспективы введения в нем платы за вход. Также активисты просили открыть для них все доступные входы и выходы в обоих парках.

Музей-заповедник в комментарии «Фонтанке» напомнил, что новый режим работы — не вечен, это вынужденная мера.

«Музей должен контролировать число единовременно находящихся на территории парка посетителей, поэтому работают не все входы и сокращены часы работы, — отметили в „Царском Селе«. — Временная отмена бесплатного посещения Екатерининского парка не лишает людей возможности прогулок. Рядом находится Александровский парк — шедевр садово-паркового искусства XVIII–XIX веков, вход туда свободный. Чуть поодаль — Баболовский парк, где тоже свободный вход. Кроме того Пушкине есть еще два парка — Нижний и Буферный. Плата за посещение Екатерининского парка устанавливается только с конца апреля по октябрь».

В администрации пояснили, что льготы, предусмотренные законодательством, сохранены — отменены только те, что музей вводил по собственной инициативе. И сейчас тяжелое финансовое положение не позволяет надеяться на большее.

«Что касается запрета на катание на велосипедах в Александровском парке, то он включен в правила посещения музея-заповедника после многочисленных жалоб посетителей на то, что велосипедисты едут на большой скорости и представляют угрозу для гуляющих — особенно детей, — подчеркнули в ГМЗ. — Но мы получаем также много обращений с просьбой разрешить велосипедные прогулки, и сейчас разрабатываем специальный маршрут. Он позволит „развести« велосипедистов и посетителей с детьми».

Алина Циопа, «Фонтанка.ру»

Улицы невидимых рисунков. Как петербургские стрит-артисты создают секретные галереи в домах и заводах, пока вы ходите мимо

Споры о легализации уличного искусства в Петербурге ведутся не первый год: они обостряются в моменты, когда коммунальщики закрашивают изображения всем известных личностей, как это произошло с Иосифом Бродским, и ослабевают в периоды без скандалов. Параллельно с «уличными войнами», в конце июля было объявлено о том, что при поддержке Смольного и ЗакСа в городе организуют школу граффити. И рисовать там будут «патриотичные» работы. Корреспондент «Фонтанки» узнал, где спрятаны сотни артов художников, которые не собираются рисовать по указке, и оказался в заброшенном цехе, в закрытом санатории и на рынке, которые можно хоть сейчас превращать в арт-пространства.

Статьи

>