«Золотая перчатка»: Отвратительные, грязные, злые

30 мая 2019, 15:54

Версия для печати

Tweet

В прокате — «Золотая перчатка» Фатиха Акина. Совершенно невыносимый фильм, который напрямую ведет диалог с классикой немецкого кино: о природе зла, жестокости, насилия.

Фатих Акин третий десяток лет играет роль нового голоса немецкого кино. Этнический турок снимает остросоциальные фильмы про холодный и жестокий мир, в котором вынуждены жить его герои. Тем более неожиданна для него «Золотая перчатка»: картина, действие которой происходит в семидесятые, а на экране не появляются мигранты. И где нет — во всяком случае, на первый взгляд — ни сентиментальности, ни мотивов встречи востока и запада.

Хотя связь с реальностью — непосредственная. В основе сюжета — реальная история маньяка Фрица Хонки. В настоящем, поныне существующем вонючем шалмане «Золотая перчатка», что в Гамбурге, коротают вечера пьяницы, городские сумасшедшие и шлюхи. Среди них — горбатый уродец с гнилыми зубами. Он угощает пожилых проституток выпивкой, приглашает в свою конуру продолжить вечеринку — после чего насилует, убивает и расчленяет. Фантазируя тем временем о случайно встреченной белокурой двоечнице.

Фото: rusreport.com

Сразу после премьеры на минувшем Берлинале «Перчатку» коллеги кинулись сравнивать с «Домом, который построил Джек» Триера. Тоже кино про маньяка, тоже, в общем, провокация. Но на этом родственные связи двух фильмов заканчиваются. Тем, кто с трудом переносит насилие на экране, этой ленты не стоит избегать: крови тут не больше, чем в средней мелодраме. Отвратительно не убийство, а убийца и его жертвы. В этом смысле «Перчатка» очень похожа на работы живого классика фотографии Бориса Михайлова: экранное пространство забито фактурой под завязку. Складки, животы, обвисшие груди, гнилые зубы ужасают не больше, а то и меньше, чем потертые фотки, вырезанные из порножурналов на стене в мансарде главного героя, фланелевые халаты и безразмерные панталоны его жертв. Тем мощнее выглядит диссонанс — когда главный Хонки устраивается охранником в офисный центр и перемещается из убогого мира Санкт-Паули (гамбургского района, который нынче знаком каждому туристу — там больше всего баров и клубов, там же мекка тусовщиков, Репербан) к хай-теку, эскалаторам, стеклу и бетону. Но суть не меняется — из этого технологичного будущего герой неизбежно вернется в «Перчатку» с ее вонью, дымом коромыслом и мешками под глазами местных алкашей.

Фото: rusreport.com

«Перчатку», несмотря на всю жесть и любование уродством, не назвать чернухой — как минимум потому, что актерское мастерство исполнителя главной роли Йонаса Дасслера перевешивает любое отвращение. Юный красавчик с модельной внешностью отважно перевоплотился в горбатого уродца — тонна пластического грима, линзы, очки. Именно заслуга актёра, что зритель «Перчатки» на полтора часа остается буквально нос к носу с воплощенным злом, исчадьем ада, и невольно начинает ему сопереживать. Не потому, что Дасслер дарит своему персонажу что-то симпатичное — просто потому что он живой, настоящий.

Главное же отличие Триера от Акина, а Джека от Хонки — даже не в жести и отношении к ней, а в интонации и форме высказывания. Акин ищет ответы в реальности, а не в мировой культуре. Он вообще фотограф, журналист, а не поэт и не мыслитель. Само событие важнее того, что о нем думает или может думать герой или автор. Проникнуть в черепную коробку Хонки невозможно, он не будет исповедоваться, как Джек, — даже если в его клоповник снизойдет Вергилий. Можно только наблюдать за ним.

Что же до глубины, то ее дает «Перчатке» не мастерство и не техничность, а попросту та традиция, к которой Акин принадлежит. Немецкое кино всю свою историю отважно исследовало феноменологию зла. Искало причины явления на свет монстров и демонов. Экспрессионисты двадцатых годов находили их в сновидениях и галлюцинациях. Фассбиндер в семидесятые — в самой человеческой природе, которая располагает к ужасам и трагедиям. Его персонажи своими руками создавали собственный ад. Акин идет еще дальше. Хонка — дитя среды. Его персональный демон — та самая распивочная, которая его не отпускает. А природа зла — в несчастной, убогой и скотской жизни. Она и рождает на свет демонов, вурдалаков и магнетизеров.

Иван Чувиляев, специально для «Фонтанки.ру»

Читайте также:

«Дом, который построил Джек»: Исповедь маньяка от Ларса фон Триера