Эротика, Бузова и Россия под куполом: Никас Сафронов показал в Петербурге «запретное»

10 августа 2018, 22:06

Версия для печати

Tweet

В музее Академии художеств открылась выставка одного из самых «раскрученных» художников — Никаса Сафронова. Он прибыл на встречу с журналистами с получасовым опозданием, рассказал, как Америка растлевает Россию и анонсировал первую за несколько десятилетий «экспозицию в экспозиции» с пометкой «18+».

Выставки Никаса Сафронова в Петербурге в былые времена открывались и пышнее — например, в апреле полсотни его портретов, включая Владимира Путина, были выставлены в Смольном — к 40-летию творческой деятельности художника. На вернисаже присутствовал губернатор. В этот раз вышло скромнее, особой шумихи не было — если бы не одно «но»: комната за плотной черной шторой.

«В студенчестве у всех бывало», — небрежно отмахнулся художник от не заданного ему вопроса про формат выставки внутри выставки с дополнительной входной платой. Естественно, все посетители первым делом направлялись именно туда, чтобы лицезреть запретное.

Разочарование было неизбежным: ничего «такого» — для всех, кто хоть раз бывал в Эрмитаже, Русском музее или хотя бы в Летнем саду, — за занавесочкой не пряталось. Как говорится, «всё на месте» — но не более того. И даже это «все» практически всегда целомудренно скрыто. А уж девушкам и вовсе позариться не на что: мужских персонажей на выставке всего двое, один из них представлен отнюдь не в эротическом контексте, а второй — повернут спиной (и, вообще-то причислен к лику святых). При этом оба они широко известны в мировой изобразительной традиции.

В целом в зале «за шторкой» представлены оммажи художникам разных стилей и времен, порой довольно неуклюжие, порой — с налетом искусственной загадочности. Казалось, что художнику очень-очень хотелось возмутить публику — но получалась лишь вторичность. Одна из работ (1997 года) так и называется — «Нежное кощунство Никаса Сафронова в истории искусств». Никакого кощунства — ни в предполагаемом цитировании, весьма примерном, ни в самом факте изображения полуобнаженной девушки — посетителям даже после коллективного обсуждения обнаружить не удалось.

Тем, кто хорошо ориентируется в истории искусств, картины «за шторой» могут напомнить Дали или Магритта («У рояля», «Соприкосновение двух параллельных миров»), малых голландцев, поп-арт, страницы средневековых книг или просто академические «штудии». Но вынести из этого подражания глубокие смыслы вряд ли получится. К слову, работы в основном старые, только одна из них относится к 2018 году.

Едва ли больше для себя зритель вынесет с основной части выставки, где собраны портреты живых и уже умерших деятелей культуры, российских и зарубежных, а также политиков и даже совсем безымянных персонажей. С Павлом Лунгиным соседствует «Молодая узбечка», а с ними рядом — «Таинственный наследник готического замка». Автопортретов художника — аж два.

В излишней скромности художника, подписывающегося «S.Nikas» (и честно признающегося журналистам в интервью, что S — означает «святой»), упрекнуть нельзя. В том многие годы была его особенность — но именно на этой выставке стало как-то очевидно, что мода на подобную подачу проходит. Как и на сопровождавшие встречу с прессой рассуждения о внешности телезвезды Ольги Бузовой, о необходимости изоляции России от тлетворного влияния Запада «под куполом», об идеологическом влиянии Сороса и диверсии со стороны американцев, воплотившейся в акциях Pussy Riot и Петра Павленского. Из уст «Святого Никаса» эти рассуждения воспринимались со скепсисом, усилившимся после рассказа о местах проживания его детей — в Швейцарии, Франции и других зарубежных странах. А «укол» в сторону Эрмитажа, приобретшего картину Ансельма Кифера (видимо, для Сафронова художника неблизкого), и вовсе прошел незамеченным: Эрмитаж в Петербурге — святое, приличные люди не заостряют внимания на оплошностях собеседников.

Жаль только, что эта выставка может стать аргументом в сложных отношениях Академии художеств и не подчиняющегося ей музея в ее стенах — а они имеют долгую историю.

Алина Циопа, «Фонтанка.ру»