Сокуров показал в Эрмитаже свой почти погибший фильм о войне

06 мая 2013, 21:57

Версия для печати

Tweet

Накануне Дня Победы Государственный Эрмитаж пригласил петербуржцев на премьеру документального фильма Александра Сокурова «И ничего больше». Многие решили, что будет представлен тот самый новый документальный фильм про тайны Второй мировой войны, о котором режиссер в последние год-два часто говорил на своих встречах и пресс-конференциях. Но знатоки творчества Сокурова помнили, что «И ничего больше» - это 70-минутная документальная картина, сделанная еще во времена советской власти, в 1982–1987 годах, и сразу легшая на полку. Шесть попыток сдать Госкино фильм «И ничего больше» ни к чему не привели. В те годы фильм обвинили во всех идеологических грехах и благо, хоть не уничтожили… После перестройки на Западе картину приняли тепло, но в наших краях по-прежнему не брали ни в прокат, ни на один телеканал.

Фильм, снятый тридцатилетним Сокуровым, поначалу назывался "Союзники" и посвящался антигитлеровской каолиции, анализу того, как перед лицом смертельной угрозы вожди и страны, презрев идеологические форматы, объединились под знаменами высокой цели, и как только опасность чуть отступила, снова вернулись к догмам. Закадровый текст, проникновенно прочитанный самим Сокуровым, скупо и сдержанно освещал главные события Второй мировой войны. Режиссер использовал только архивный материал, рукой мастера умело собрав кадры кинохроники, неторопливо останавливал "камеру" на каких-то деталях, сопровождая видеоряд на редкость разнообразным (от классики до народных песен и джаза) музыкальным видеорядом. Эта неспешность кадра вкупе с проникновенной музыкой (Александр Николаевич - большой меломан) и брала за душу больше, чем закадровый текст. Во многом поэтому даже сейчас, когда открылись новые исторические факты про Вторую мировую, картина Сокурова эмоционально не устарела...

По словам режиссера, картина погибала, был утерян негатив, и стало ясно, что, если сейчас не восстановить фильм, то можно с ним расстаться. И вот, тридцать лет спустя, лента «И ничего больше» отреставрирована и оцифрована (на это понадобилось полгода работы специалистов фонда «Александр») и вышла на DVD-диске. На премьере – пусть запоздалой, но не менее важной – в Эрмитажном театре не было громких речей, клятв в верности памяти павших, ни медийных лиц, ни ветеранов в парадных мундирах. Но заметно волновался Сокуров, строг и серьезен был Пиотровский, во вступительном слове неожиданно подчеркнувший, что фильм навевает различные исторические ассоциации, и сегодня директор вспоминает 20-е годы, когда из нашего города изымались в большом количестве Эрмитажные коллекции, ведь сейчас мы живем в эпоху, когда приходится бороться с очередными попытками таких акций. Их Пиотровский назвал не иначе как войной, в которую вовлечены очень большие деньги…

- Нет лучшей формы ритуального воспоминания о Победе, чем посмотреть фильм Александра Николаевича, - анонсировал показ Михаил Пиотровский.

- И все-таки это не документальный фильм, а художественные впечатления от большой политики, от большой истории, от большой трагедии. Когда делался фильм, тот объем информации, что использовали мы, оказался запредельным для цензуры. Прошло уже много лет, что-то изменилось, появились новые факты, за всем не успеть... Что ж, давайте посмотрим на этот давний фильм взглядом современного человека, - предложил Сокуров.

Тридцать лет прошло, открылись новые исторические подробности, и какие-то факты и мысли, которые в 80-х казались откровением, сейчас воспринимаются спокойно, но, к счастью, на первый план вышли не исторические изыски, а художественные достоинства. Да, фильм сделан тридцатилетним Сокуровым, но видна рука мастера – в «неторопливости» монтажа, внимании к деталям, высокой поэтике, в гармонии кадра и богатейшего музыкального ряда (от Шостаковича до народных песен).

Впечатление от премьеры было настолько велико, что после титров секунд тридцать-сорок зал молчал, и только потом взорвался аплодисментами. К счастью, обошлось без публичного обсуждения, комплиментарных речей. Большей частью, зрители молча выходили из Эрмитажного театра, и лишь самые смелые подошли к Сокурову, хотя он оставался в зале, никуда не торопясь. Принимая поздравления, режиссер на вопросы друзей, где же и когда широкий зритель может увидеть восстановленный фильм, лишь грустно пожал плечами: за тридцать лет мало что изменилось. В дистрибьюцию такие диски не берут, в прокат - тоже. Федеральные каналы не спешат показывать столь непарадный фильм о Второй мировой войне. Одна надежда на канал «Дождь», хотя и там показ под вопросом…

- Но у нас есть теперь оцифрованный вариант, значит, фильм будет жить долго и уж точно не погибнет, - сказал народный артист России и, вслед за Михаилом Пиотровским, предложил взглянуть на ситуацию в более широком контексте - на парадность и маршеобразность сегодняшей реальности, в которой честность не в чести. Невольно разговор перекинулся на новые проекты и самого Сокурова, и петербургской культуры.

Оказалось, что не только восстановленный «И ничего больше», но и отмеченный всевозможными кинопремиями «Фауст» не берут к показу федеральные ТВ-каналы. Почему?

- Это вопрос к продюсеру Андрею Сигле, конечно, но знаю, что сначала шли переговоры с Первым каналом, но сейчас все остыли, всем безразлично, и никто не берет. Думаю, что там все бесперспективно.

- Даже после международных и отечественных кинопремий?

- Неважно. Вы же сами знаете, что это абсолютно случайная история, на тот момент так сложился расклад сил. Что бы там ни говорил председатель жюри, это абсолютно случайно. Мы сделали картину, которая ни хуже ни лучше других, которые мы делали. Вот и все! Неужели по профессиональному результату «Русский ковчег» (фильм 2001 года, который был снят в Зимнем дворце. - Прим. Авт.) слабее или ниже, чем «Фауст»? А тогда сделали вид, что вообще этой картины нет.

Корреспондент Фонтанки поинтересовался, не изменил ли режиссер свое критическое мнение о Мариинке-2 после того как побывал на гала-концерте открытия новой сцены?

- Впечатление о том, что называется архитектурой, прежние, а то, что касается звука, то, когда сидишь, закрыв глаза, и слушаешь - понимаешь: там действительно удивительный звук. Могу сказать, что редко когда такое слышал. Звук был прекрасный, я сидел в середине партера, у меня ощущение, что там все же есть электронная подзвучка, что это не только акустика, но что-то еще. Мне было очень комфортно, слышно всё. Но это гигантский зал, такой Дворец съездов. Для эстрадных концертов хорошо - не знаю, как можно собрать людей в такой огромный зал.

Думал ли режиссер, глядя на уникальные технические возможности нового театра, что он сам, наконец, мог бы поставить что-то для Мариинского театра, о чем давно идут разговоры?

- Нет, я не думал. Это все очень конкретно надо обсуждать, так нельзя – позвали и пошел, должно быть обоюдное желание. Технические возможности на новой сцене такие, каких нет ни в Большом театре, нигде: видео, свет, быстрая трансформация - от всего впечатление очень хорошее. Но внутри у меня не было ощущения театра, это, скорее, концертная площадка. Такая холодная, современная.

Не могли мы обойти и тему новой жизни студии «Ленфильм». Следит ли Сокуров за происходящим на студии после того как в конце 2012 года вышел из совета директоров, а главное: верит ли он и теперь в светлое будущее «Ленфильма»?

- Насчет светлого будущего... Что нам остается? Желать, чтобы те люди, которые взяли на себя эту ответственность, свое слова сдержали. Они клялись, что это сделают, и с уверенностью берут у государства огромные деньги... Я по-прежнему считаю, что в такой стране, как Россия, где все направлено на Москву, для «Ленфильма" единственный вариант -  студия для дебютов. Это было бы идеально. Можно было бы запускать 5-6 дебютных картин, 4-5 мультипликационных, 6-8 документальных и учебных, сериальных. Вот весь ресурс студии, и таким образом можно было бы прервать ситуацию стагнации в молодом кино.

В марте на встрече в Эрарте Сокуров позволил себе ряд высказываний, которые тут же были истолкованы в СМИ как «заявление о намерении прекратить общественную и градозащитную деятельность». В Эрмитажном театре режиссер объяснил Фонтанке свою сегодняшнюю позицию:

- Никакого заявления не было. Я действительно этим занимаюсь сейчас несопоставимо меньше, и результаты очень маленькие, непонятные. У меня была встреча с новым вице-губернатором по строительству Маратом Оганесяном, который нам очень понравился, мы долго сидели с ним и разговаривали, но что в итоге?.. Этим есть смысл заниматься, если есть рефлексия и реакция на твою деятельность, а поскольку такой рефлексии нет ни у руководства города, ни у общественности, то в этом нет нужности. Вот в Москве общественное влияние, общественное участие в решении государственных вопросов гораздо более очевидно, там есть уже результаты, то в Петербурге, на мой взгляд, это общественное настроение, общественные усилия сегодня малозначимы.

- Кипит ли работа над новым документальным фильмом Сокурова о неизвестных страницах второй мировой войны «Лувр на реконструкции» - о том, происходило в Париже и Лувре во время немецкой оккупации?

- Пока ничего не могу сказать. Может быть, фильма вообще не будет. Хотели приступить к работе еще летом, но возникли проблемы с финансированием с французской стороны.

Михаил Садчиков, «Фонтанка.ру»

Фото Михаила Садчикова