Фото: кадр из фильма

Брат-3: на экранах новый «Гадкий я»

30 июня 2017, 23:59
Версия для печати Версия для печати

В прокате – третья часть анимационной саги «Гадкий я» про самого великого злодея в мире. Создатели анонсировали ее как последнюю. Если это так, с публикой прощаются самым неудачным образом.

Когда семь лет назад режиссеры и продюсеры Пьер Коффин и Крис Меледандри сняли первого "Гадкого меня", произошло обычное в своем роде чудо. Бесхитростная штучка внезапно выстрелила. Залог успеха здесь – не сюжет (злодей перековывается в добряка, эка невидаль), а персонажи. Тонко прорисованные, здорово придуманные, с яркими характерами. Лысый носач Грю встраивается в великую киношную иконографию всякой нечисти, в традицию, восходящую к экспрессионистскому "Носферату", классике немецкого авангарда. Желтые карлики-миньоны вовсе стали суперхитом: смехотворные, балакают на каком-то своем уморительном языке. Ничего странного, что их похождениям посвятили в итоге отдельный фильм. Детишки, превращающие злодея Грю в добряка, тоже прописаны тонко и характерно: глазастая романтичная барышня, "синий чулок" и коротышка, вечно что-то такое придумывающая.

С такими героями можно жить и не тужить. Знай себе воспроизводи всяческие сюжетные клише да греби народную любовь лопатой. Пьер Коффин и Стив Меледандри начали бойко – первый "Гадкий я" был наводнен намеками и аллюзиями, тонким юмором и приметами времени. Здесь шутили про Северную Корею и мигрантов, цитировали киноклассику. Уже во второй части задора поубавилось. К третьей, кроме тех самых здорово придуманных характеров, ничего не осталось.

 

Начинается третья часть как шпионский фильм, пародия на "Бонда": Грю сражается с очередным соперником-злодеем, но упускает его; из суперагентов главного героя увольняют, на смену аморфному шефу Антизлодейской лиги приходит деловитая дама-менеджер. Дальше кино про суперагентов заканчивается, в дело вступает семейная сага. У Грю обнаруживается брат-близнец, тоже злодей, только обитающий где-то в условной Европе и совсем уж лузер. Объединившись, они вступают в борьбу с соперником, еще одним злодеем — отставной кинозвездой, перековавшимся в бандиты.

Коффин и Меледандри уже на уровне сюжета сами себя перехитряют. Усложняя структуру действия, делая фильм все более разным и полижанровым, по ходу дела они теряют управление, составные части "Гадкого я" разъезжаются в разные стороны. Какие-то линии вовсе исчезают: забывают шпионскую тему, семейная обрывается на полдороги. Как будто из фильма какой-то шутник попросту вырезал примерно половину действия. Тем обиднее: Меледандри и Коффин пытаются сделать "кино про кино": помимо пародий на шпионские детективы и семейные story, тут есть отдельная сюжетная линия, связанная с попытками соперника двух братьев уничтожить Голливуд. Все эти лакомые куски, которые могли бы сделать "Гадкий я", пролетают мимо носа зрителя. Что-то недоделано, что-то недостаточно акцентировано.

На фоне такой провальной драматургии и характеры теряются. Милая болтовня миньонов никакого отношения к сюжету не имеет, эпизоды с их участием выглядят вставными. Присутствие милых детишек сведено к минимуму, они в третьей части играют совсем незначительную роль. Остается один несчастный Грю. Персонаж по-прежнему непростой, интересный. Заложенные в него еще в первой части черты и нюансы продолжают работать. Но этого ничтожно мало, чтобы третий "Гадкий я" состоялся как достойный большой мультик. Еще на стадии разработки сценария Стив Меледандри объявил, что это будет последний фильм саги. Если он хотел эффектно попрощаться с публикой – миссия провалена; Грю, миньоны и детишки лучше смотрятся в наборах из "Макдоналдса", чем в этом сюжете. Лучше считать, что мы этого не видели. Если создатель анимационной трилогии блефовал – тем лучше для него. Будет возможность хоть как-то реабилитироваться.

Иван Чувиляев, специально для «Фонтанки.ру» 

Улицы невидимых рисунков. Как петербургские стрит-артисты создают секретные галереи в домах и заводах, пока вы ходите мимо

Споры о легализации уличного искусства в Петербурге ведутся не первый год: они обостряются в моменты, когда коммунальщики закрашивают изображения всем известных личностей, как это произошло с Иосифом Бродским, и ослабевают в периоды без скандалов. Параллельно с «уличными войнами», в конце июля было объявлено о том, что при поддержке Смольного и ЗакСа в городе организуют школу граффити. И рисовать там будут «патриотичные» работы. Корреспондент «Фонтанки» узнал, где спрятаны сотни артов художников, которые не собираются рисовать по указке, и оказался в заброшенном цехе, в закрытом санатории и на рынке, которые можно хоть сейчас превращать в арт-пространства.

Статьи

>