Рыцарь театра: в БДТ поздравили со знатным юбилеем Марину Адашевскую

06 мая 2017, 14:30

Версия для печати

Tweet

Когда человек в таком солидном возрасте не просто появляется в театре во время сбора труппы, но живет бурной театральной жизнью – выходит на сцену, посещает все премьеры и высказывает свое принципиальное, четкое мнение о них, с удовольствием делится своим богатым, профессиональным и человеческим опытом – а Марина Константиновна считает, что прожила три века, потому что в довоенном Ленинграде ключевую роль все же играли люди из XIX столетия, – когда всё это происходит, то возраст можно не скрывать, им стоит гордиться.

Марина Константиновна Адашевская родилась в начале мая 1927 года в Ленинграде в семье народного артиста СССР, актера Александринского театра Константина Адашевского. И долго жила в том самом доме на Рубинштейна, который теперь называют довлатовским. С Довлатовым она знакома не была – все же он человек другого поколения, а вот его мать помнит отлично, и часто говорит, что именно Нора Сергеевна Довлатова была для нее примером той, довоенной корректности соседских, межчеловеческих вообще отношений: в речах и в долговой этике, потому что перехватить три рубля до зарплаты тогда было нормальной практикой, и Нора Сергеевна никогда не забывала не просто отдать занятую трешку, но отдать в условленный срок. Дом Адашевских был домом, где умели и любили устраивать праздники. Хотя до войны елочки на новый год считались мещанским пережитком, а уж крашенные пасхальные яйца и куличи – едва ли не преступлением, все равно в памяти Марины Константиновны остались эти яркие, декоративные, театральные, радостные семейные застолья. А еще – великий артист Юрий Юрьев, забредавший на огонек, и менее «парадные гости», тоже артисты Александринки Владимир Чесноков, Екатерина Корчагина-Александровская и многие другие.

"Девушка с кувшином", 1949. Леонора.

Фото: предоставлено пресс-службой БДТ

Когда началась война, Марина Адашевской было только 14 лет, но, вернувшись в 1944-м из эвакуации, она тут же отправилась поступать в студию БДТ. По поводу выбора профессии, как она говорит, вопросов не было. Студийцы участвовали в спектаклях театра, и актриса частенько с улыбкой рассказывает, как лежала на авансцене трупом воина в «Лире» Козинцева, вышедшем перед самой войной – страшно гордилась, что выходит на сцене в таком спектакле, но при этом безумно боялась чихнуть, поскольку лежать требовалось носом в пол, а театральная пыль – субстанция невыводимая.

«Яблоневая ветка», 1952. Зоя Фоменко

Фото: предоставлено пресс-службой БДТ

В 1950 году Адашевская была зачислена в труппу театра, и вся профессиональная жизнь ее связана в БДТ. Громких, главных ролей у нее не было, но обходиться без нее не мог и Товстоногов. В театре цитируют фразу, произнесенную Георгием Александровичем по поводу Адашевской в одной из ролей, как говорится, «второго плана»: «Мне нужна такая краска». Марина Константиновна была необходима ему и в «Идиоте» (Катя), и в «Мещанах» (Степанида), и в «Генрихе IV» (Трактирщица), и в «Хануме» (Ануш), и в «На всякого мудреца довольно простоты» (приживалка Турусиной), и в десятках других небольших, но значительных образов, потому что для Товстоногова на сцене вообще не было ничего незначительного. Как и для всех больших мастеров. Как и для Адашевской. И с этой профессиональной строгостью, прежде всего, по отношению к себе, с этой скрупулезностью в работе над ролями, она и существует в театре всю свою актерскую жизнь, вызывая в коллегах по сцене всех возрастов почти что благоговение. При этом актриса открыта любым экспериментам: Марина Константиновна – одна из немногих, кто с удовольствием согласился поучаствовать в работах нынешних стажеров БДТ, и, появляясь в компании молодых, она отлично в нее вписывается: не кичится мастерством, а запросто, по-свойски делится опытом, ведет диалог с молодым, незнакомым племенем на равных, легко и доброжелательно, заражая и заряжая своим фирменным позитивом.

Фото: предоставлено пресс-службой БДТ

Не случайно на юбилейный вечер в театре собрались не только коллеги Адашевской совсем взрослого и среднего поколения труппы, но и молодежь тоже, прервав репетицию, гурьбой прибежала поздравить Марину Константиновну. И этот теплый вечер, по словам самой юбилярши, был похож на те домашние вечера из детства, которые до сих пор сохранились в ее сердце.

Фото: предоставлено пресс-службой БДТ

И, разумеется, коллеги актрисы не отказались сказать обозревателю «Фонтанке» несколько слов о Марине Адашевской.

Георгий Штиль, народный артист России:

- Что можно о ней сказать? Всегда обожаема всеми актерами. С ней не связано никаких конфликтов. Я больше скажу: она – рыцарь театра. Вот у нас был мужской вариант театрального рыцарства – Владислав Игнатьевич Стржельчик. И есть женский – это она, Марина Константиновна: обаятельная, честная, порядочная, очень остроумная, с легким, веселым характером. Я очень хорошо знал ее отца, который всегда с огромным вниманием и заботой относился к молодым – не отталкивал их локтями, а поддерживал и помогал, никогда не «включая» менторский тон. Вот и Адашевская именно такая, и поэтому ее так любит наша театральная молодежь. Ну и как партнер могу сказать: с ней легко, спокойно, хорошо на сцене.

Фото: предоставлено пресс-службой БДТ

Елена Шварева, актриса БДТ им. Г.А.Товстоногова:

- В спектакле «Время женщин» Марина Константиновна играет маму моей героини, которой давно нет на свете. Когда я выхожу на сцену, Марина Константиновна там уже сидит – на табуретке, в глубине сцены. А я, хотя играю эту роль давно, все равно волнуюсь каждый раз ужасно. Но вот я вижу ее, Марину Адашевскую, и как-то тепло становится. А потом она начинает говорить свой текст – и слова ее звучат спокойно, весомо, ласково, и мне всегда в этот момент кажется, что это моя мама меня напутствует. И мне уже не хочется бояться, а хочется верить, что всё будет хорошо. А еще, когда мы встречаемся в театре, она всегда улыбается и называет меня по имени: Леночка. И может вдруг начать рассказывать какие-то удивительные вещи, о которых я никогда не задумывалась. Например, как варенье из красной рябины варить. Знаете, Марина Константиновна – очень красивая, я мало встречала в жизни и в театре настолько красивых людей.

"Время женщин", 2012, мать Тони

Фото: предоставлено пресс-службой БДТ

Нина Усатова, народная артистка России:

- Марина Константиновна обладает таким редким сочетанием прекрасных качеств, с каким я больше никогда не сталкивалась. Мы с ней играли в спектакле «Семейный портрет с посторонним», и потом она согласилась помочь и вышла на сцену в антрепризе в этой же роли. И вот пока мы с ней работали вместе, хоть бы раз она на что-то пожаловалась, хоть бы раз возразила режиссеру. При этом – что очень важно – она обо всем имеет своё мнение, всегда жестко, принципиально его высказывает, никого при этом не обижая и не раня. Вот такой вот особый, редкий, удивительный дар. Актерская и человеческая этика для нее – превыше всего. Она всегда всюду приходит первая: сколько я ни старалась ее обогнать, у меня никогда не получалось – прихожу, а она уже на месте. Еще она всегда идеально одета, с безупречным вкусом. И главное – она умеет устраивать праздники: испечет что-то вкусное, принесет в театр, угостит нас всех с добрым словом – и настроение становится радостным. С ней можно шутить, смеяться, у нее удивительное чувство юмора, но она ни при каких обстоятельствах не станет сплетничать. И ей можно доверить любые тайны. Вчера в театре по поводу ее юбилея случился прекрасный, домашний праздник. Было много молодых. И не было никакого напряжения: мы просто шутили, смеялись, танцевали – и Марина Константиновна больше всех. И дай ей Бог сил и здоровья на долгие годы.

Жанна Зарецкая, «Фонтанка.ру»