Лев Додин стал командором

10 апреля 2017, 20:14

Версия для печати

Tweet

10 апреля в генеральном консульстве Италии в Санкт-Петербурге генконсул Леонардо Бенчини лично исполнил указ президента Итальянской Республики: вручил Льву Додину «Орден звезды Италии» степени Командора. Это максимальная степень данной правительственной награды, которая может быть присуждена иностранному гражданину.

В своей речи синьор Бенчини пояснил, что, оказавшись в Петербурге и посетив спектакли Льва Додина в МДТ, он стал изучать биографию режиссера, был одинаково удивлен и тому, сколько Лев Додин сделал для Италии, и тому, что он до сих пор не имеет Ордена звезды Италии. Так что он тут же составил соответствующий документ, и правительство, по его словам, «сразу согласилось».

Ответная речь Додина была более лиричной. Замечательно образной и подкупающе откровенной. Он рассказал, что ночью накануне награждения пытался осмыслить, что же он сделал для Италии, а думалось всё время о том, что Италия сделала для него, начиная с самого детства — с прекрасной итальянской музыки и фильмов, которые его восхищали и на которых он учился. Затем он поделился ощущениями, которые, очевидно, случалось пережить (с индивидуальными нюансами) каждому из наших соотечественников, хоть ненадолго вырвавшемуся из-за железного занавеса. У Додина эти нюансы тоже оказались итальянскими: шофер вез его по Риму, дорога вела мимо Колизея, и Додин был «так потрясен, что, во-первых, Колизей существует, а во-вторых, что он, Додин, существует рядом с ним», что он всё не давал водителю свернуть на нужную улицу, заставив сделать целых три круга. Затем, уже во Флоренции театральный художник, соавтор и друг Додина Давид Боровский предложил ему выпить за то, что он, Боровский, через 11 лет (а впервые он, именитый советский художник побывал здесь тоже во времена «занавеса») смог сюда вернуться.

Фото: Предоставлено пресс-службой МДТ-Театра Европы/Виктор Васильев

А потом всё изменилось — советская страница истории сменилась постсоветской. И Додин, и театр стали выездными. И даже самыми выездными в стране. В Италии сыграно более десяти додинских спектаклей. Но вспомнил он отдельно про то, как играли премьеру «Чевенгура» в горах, в Сицидии, на фоне погибшего в 1968 году от землетрясения города Джибеллина, руины которого, как известно, залиты бетоном, и образуют силуэт-мемориал. Додин — отличный рассказчик, поэтому довольно легко было себе представить, как, пока декорации спектакля врывались прямо в песок, режиссер стоял и смотрел, как в горы поднимаются вереницы машин тех, кто этим холодным итальянским вечером собрался посетить спектакль русского театра по прозе Андрея Платонова. Но самое впечатляющее явление, по словам Додина, случилось, когда взошла луна и осветила и декорации, и — за ними — погибший город.

И еще одно имя Лев Додин, говоря об Италии, не мог не назвать: имя Джорджо Стрелера, величайшего режиссера Италии XX столетия, основателя Пикколо Театро ди Милано — который возник в 1947 году, и был окрещен «маленьким», чтобы противопоставить тебя той гигантомании, которая привела к великим жертвам Второй Мировой. Додин рассказал, как они со Стрелером додружились и домечтались до того, чтобы решили осуществить идею филиала Малого драматического театра на одной из сцен Пикколо, что, конечно же, было невозможно. Но всё же Пикколо стал родным домом для МДТ — и после легендарных «Братьев и сестер», там показанных, Стрелер подбежал к Додину, крича «Брат! Брат!». «И я счастлив, что эти братские чувства объединяли нас до самой смерти Стрелера», – закончил Додина свой эмоциональный рассказ.

И добавил еще две детали. Про тонкого, понимающего итальянского зрителя. И про то, что в детских играх он часто был графом и никогда — командором. Теперь вот — свершилось.

Жанна Зарецкая, «Фонтанка.ру»