Свежее мясо для среднего класса

21 октября 2016, 15:59
Версия для печати Версия для печати

В зрительном зале Второй сцены БДТ вместо кресел – деревянные скамейки. Публику не просят выключать мобильные телефоны, более того, разрешают топать, свистеть, кричать и даже кидать в актеров помидоры. Актеры, в свою очередь, в течение почти двух часов сражаются друг с другом в текстовых поединках на самые острые темы – баттлах. Так в общих чертах выглядит премьерный спектакль «Фунт мяса», ближайшие показы которого пройдут 1 и 27 ноября.

Режиссеры постановки Андрей Могучий и Влад Фурман, Настасья Хрущева, композитор, которая, посидев на репетициях, по собственному почину за ночь написала тексты баттлов, что и определило итоговый ход репетиций, Александр Артемов, создатель и идеолог Театра ТРУ, а теперь штатный режиссер и педагог БДТ и Сергей Ларионов, театральный художник, режиссер, хореограф, работающий не только в БДТ, но и за его пределами, в области экспериментального театра – все это одна большая команда, устроившая на сцене карнавал, ярмарку, балаган, черное кабаре и ринг в одном флаконе.

Для зрителей спектакль начинается на ступенях центрального входа. Актеры с рупорами, разодетые в яркие костюмы, выкрикивают название и правила игры, которые совпадают с правилами площадного театра – тут запрещено только оставаться равнодушными, остальное – можно. Зал изменен до неузнаваемости: в партере, как уже говорилось – скамейки, под потолком – гроздья разноцветных гирлянд, с подмостков в зал и обратно, приветствуя знакомых, ходят актеры будущего представления, в царской ложе – уличные музыканты с вертлявой певичкой в красном. 

Основной цвет спектакля – тоже кровавый красный. Красным светом залита пустая сцена с проекцией Шекспира на заднике, красные костюмы у актеров. Среди лампочек-гирдянд, развешенных нарочито, по площадному, неряшливо (актеры поправляют торчащие хвосты проводов) тоже, кажется, преобладают красные. «И то, что вы считаете кулисами – кровавое пятно, отчетливый рассвет. И ничего другого нет» – поэзия Лехи Никонова могла бы стать иллюстрацией к тому, что видит зритель (он же участник), пришедший на премьеру под названием «Фунт мяса» на Вторую сцену БДТ.

Напомним, что фунт мяса в пьесе «Венецианский купец» требовал вырезать еврей-ростовщик Шейлок из тела своего должника купца Антонио, в счет неуплаченного долга. Эта деталь и дала название спектаклю, и стала главным условием игры, которое объявляет ведущий по имени Бальтазар, хозяин кабаре «Нафталин» в блестящем исполнении петербургского клоуна, актера театра «Лицедеи» Анвара Либабова: фунт мяса вырежут из каждого проигравшего в собственном диалоге с оппонентом – баттле. Далее из слов Бальтазара выясняется, что шекспировские страсти заменены на современные, что артисты БДТ, взяв себе имена героев пьесы Шекспира, будут попарно выходить к микрофонам, чтобы в форме этих самых баттлов поднимать темы из новостных лент: женской эмансипации, антисемитизма, гомосексуализма и национальной розни, «отношения к правящей партии» и «нашей тонущей Венеции». Дебаты – форма нынче чрезвычайно популярная, и на страницах СМИ, и на телевидении, но в отличие от насквозь фальшивых политических дебатов, баттлы, в которых участвуют артисты, – честны. Это откровенная игра, ключевым правилом которой является яростное, местами до агрессии отстаивание актером своей позиции. Завести зал, сделать его своим соучастником, заставить проголосовать за свою точку зрения, свою логику – такая у каждого из актеров задача.

Это и есть парадокс театра: клоунские шапочки на голове и набеленные лица-маски подчеркивают, что перед нами игра, но именно этот факт позволяет каждому из зрителей расслабиться, освободиться и начать задавать себе серьезные вопросы, смеясь над клоунами и паяцами, делать важный для себя выбор.

Процесс вырезания мяса будет обставлен как эффектное шоу с участием соблазнительного женского кордебалета. При этом мясо будет настоящим: Бальтазар выйдет к залу, подкидывая его на руке и уверяя всех, что мясо – человеческое, «не свинина какая-нибудь». А вот кровь окажется театральной – запах томатного сока быстро разнесется по залу, а на белой простыне, прикрывающей первую, пробную жертву на больничной каталке, появится красная клоунская рожица. Впрочем, после второй экзекуции Бальтазар предъявит публике целую курицу, а после третьей – и вовсе рыбу. И все эти события будут иметь прямое отношение к баттлам, посвященным теме театра, которые начинают и завершают представление и в которых речь идет о том, какой театр искренне и свободнее – «театр маски» или «реалистический», какой Шекспир более настоящий – тот, которого произносишь со сцены дословно или своими словами.

Свист, гогот, топот, аплодисменты, – игра, на которую с радостью идет зрительный зал. Но от зрителя зависит не всё. Демократия заканчивается, когда дело касается личных интересов хозяина кабаре, который, вопреки результатам голосования, отдает победу Старому Дожу (Алексей Фалилиеев), немедленно признаваясь: «Ну а что вы хотели? Он – представитель правящей партии. А это – мое казино, мой бизнес, мне надо выживать». Зал понимающе аплодирует. Случается, что голосование и вовсе отменяется – в разгар спора двух гомосексуалистов, один из которых не хочет говорить о своей ориентации, а второй говорит о ней с гордостью, – появляются люди в черном и убивают обоих. «Да, жаль, конечно, не успели проголосовать, у людей, возможно, было своё мнение – расстраивается Бальтазар. – Ну ладно! Уберите».

Трупы увозят, и игра тут же возобновляется. «Свежее мясо для среднего класса» – голосит Бальтазар. И это весьма точно определение. Диалоги-баттлы в этом спектакле – не для высоколобых интеллектуалов, которые всё давно для себя решили, они для тех, кому не хватает только новостных лент или у кого эти ленты оставляют вопросы, и они готовы искать на них ответы, включаясь в игру, которую предлагает театр и Анвар Либабов, он же Бальтазар, он же шекспировский шут, чьи шутки всегда попадают в корень, он же – хитроумный Арлекин в костюме с ромбами, самая популярная маска итальянской комедии дель арте. Он запускает новый круг игры, а потом еще и еще.

Цикличность, повторение – основа композиторского и драматургического стиля Хрущевой (хотя сама Настасья предпочитает называть себя автором текстов), возвращение к архетипичным формам искусства, к ритуалу. «Самая высокая цель искусства, когда-либо существовавшая, – введение всех в транс», – говорит Настасья. Транс, экстаз, возбужденное состояние – всё это испытывает зритель, пришедший в кабаре Бальтазара. Аляпистый, бархатно-красный, расшитый пайетками и стразами, звенящий истошно-искрометным карнавалом, с шутками ниже пояса, злободневными и абсолютно условными одновременно, мир спектакля «Фунт мяса» созвучен дню сегодняшнему. И одновременно, несмотря на, а может, благодаря своей чрезмерности, спектакль предельно очищен от любых трактовок. Здесь все буквально – никаких надсмыслов и подтекстов, никакой рефлексии. Только зрелище, только театр.

На рефлексию попросту нет времени, текст проговаривается быстро. «Время идет, время идет и оно заканчивается», – подгоняет Бальтазар. Кроме экзистенциального эта фраза имеет вполне конкретное значение – времени на каждое выступление в кабаре – мало, желающих доказать свою правоту – много. Здесь и изящная девушка Джессика (Полина Дудкина), дочь Шейлока, любящая запах супа и не видящая проблемы в том, что «мужчины смотрят на нее, как на кусок мяса», и сильная, самостоятельная Порция (Аграфена Петровская), которая сама смотрит на мужчин, как на кусок мяса, и представитель богоизбранного народа Шейлок (Андрей Шарков), и глава правящей партии Старый Дож (Алексей Фалилеев), и актеры Саланио (Руслан Барабанов) и Грациано (Сергей Галич), спорящие о Шекспире. И еще с десяток тех, в ком каждый из зрителей может узнать себя. А раз так, и раз времени на размышление, на взвешивание всех «за» и «против» мало, голосовать надо сердцем. И об этом тоже напоминает неутомимый Бальтазар, который в один из моментов действия вдруг снимет все маски – и от своего лица, от лица человека татарской национальности по имени Анвар расскажет трагическую, подлинную историю раскулачивания собственной семьи.

В этот момент карусель, кружившая зритель весь вечер, останавливается. И ты понимаешь, что в мире информационных поводов, опинион-мейкеров, новостных лент и соцсетей, когда про вчерашние события сегодня уже не помнишь, важен только момент здесь и сейчас. Момент, когда сквозь шекспировские «шум и ярость» слышишь то, что заставляет тебя задуматься, куда несется эта карусель и зачем на ней ты. Ответов на эти вопросы авторы спектакля не дают, но сам спектакль формой и сутью транслирует вполне конкретную установку: включи мозг!

Апександра Озерская, «Фонтанка.ру»
 

Проект "Афиша Plus" реализован на средства гранта Санкт-Петербурга

Чем заняться 24- 26 сентября: Парад цветов, джаз в Павловске, «Сплин» и День дома

На последних выходных сентября в городе устраивают сразу несколько «праздников осени», знакомят горожан с современными художниками со всего мира и много говорят о литературе. В гиде «Фонтанки» — три десятка вариантов того, как разнообразить досуг. От вариантов очевидных — до «тайных».

Статьи

>