Для Петербурга Эрнст остался Неизвестным

14 августа 2016, 12:55

Версия для печати

Tweet

«Фонтанка» выяснила, что в Петербурге практически нет работ знаменитого скульптора, а изучением имеющихся никто не занимается

На этой неделе СМИ прощаются с Эрнстом Неизвестным: жизнь знаменитого скульптора оборвалась в Нью-Йорке 9 августа. Всего он прожил 91 год, и почти сорок лет – в США, где и будет похоронен.

Тем временем в России журналисты, готовя некрологи, напоминают своим читателям о его судьбе, участии в Великой отечественной войне и, конечно, творчестве – от статуэтки «ТЭФИ», которую ежегодно вручает Академия российского телевидения, до надгробного памятника Никите Хрущеву, с которым у него вышел скандал международного масштаба. На выставке «Новая реальность» в московском Манеже в 1962 году советский лидер неприличным словом из лексикона сторонников депутата Милонова охарактеризовал творчество представленных авторов. Собственно, дальнейшее развитие этой истории и привело к отъезду скульптора из Советского Союза.

В Петербурге работ Эрнста Неизвестного практически нет. В Музее городской скульптуры, по просьбе «Фонтанки», поисками его работ занимались целый день, а по итогам сообщили: «Музейные книги свидетельствуют о том, что работ Неизвестного у нас (на учете музея) нет». Если верить каталогу на сайте «Нового музея», то и в этом музее работы скульптора отсутствуют. Нет их, по словам сотрудников, и в Научно-исследовательском музее Российской академии художеств. А в «Эрарте» нашему корреспонденту и вовсе заявили, что Неизвестный для них — «слишком попсовый».

В Государственном Эрмитаже есть лишь два конверта с его рисунками, которые хранятся в Отделе современного искусства. Они были подарены музею в 2012 году после окончания работы выставки «848. Коллекция Жоржа Мачере и Нади Волконской». С тех пор изучением артефактов никто не занимался, и они даже не были сфотографированы — а потому предоставить их изображения возможности нет.

Ситуация в Русском музее — сходная, хотя там как раз скульптуры Неизвестного есть. Всего их три, но их изображениями музей также не располагает. Зато нашел возможность разрешить «Фонтанке» самой отснять произведения.

Таким образом, немногочисленное петербургское наследие скульптора сконцентрировано в Михайловском замке. Самая известная из этих работ — фигура «Строитель московского Кремля Федор Конь» (1955 год). Русский зодчий, приложив руку ко лбу, стоит в коридоре в служебной части музея, окруженный приятной компанией в виде Некрасова, Чернышевского, Римского-Корсакова, пожилой шаманки, маршала Говорова (чья демонтированная рука с фуражкой лежит в ногах фигуры) и мощной женщины-волейболистки, также временно оставленной без руки и потому напоминающей Венеру Милосскую, которая после отпуска по системе all inclusive решила заняться спортом.

«Федор Конь» – дипломная работа Неизвестного, в свое время номинированная на Сталинскую премию. В коллекции музея она оказалась каким-то чудом: о будущем успехе автора догадаться тогда никто не мог. В Русский музей попадали работы успешных ленинградских дипломников, но передача скульптуры из Москвы — ситуация в определенной степени уникальная. Судьба этой работы достаточно благоприятна: «Федор Конь» неоднократно участвовал в выставках.

Федора Коня скульптор изобразил с инструментом в руке и опирающимся на зубцы кремлевской стены. Как объясняет Марина Стекольникова, ведущий научный сотрудник сектора скульптуры ХХ-XXI века, работа выполнена в духе соцреализма, с проработанными деталями. Это еще не тот Неизвестный, которого будет позже распинать Хрущев – переход к абстрактному в его творчестве состоится позже. «Впрочем, дипломная работа иной быть и не могла — ее бы просто не приняли», – комментирует она.

Зато некоторое движение к своему особому почерку уже заметно в «Надгробии летчика», выполненном из камня в 1960-е и поступившем в музей в 1990-е. Оно находится в открытом фонде, и его могут видеть посетители музея. Впрочем, что это за летчик, собирательный это образ или конкретный (да и вообще — летчик ли) — сотрудники не знают.

Ну и, наконец, последняя из работ — гигантская чугунная голова «Знатного рабочего П. Шаломенцева» – стоит в шкафу в закрытом от зрителей фонде скульптуры ХХ века, под пристальным взглядом Ильи Репина из шкафа напротив. Опять-таки: о прототипе ничего не известно, как и о том, на каком заводе работал этот человек. Хотя лет прошло не так много — работа выполнена в 1960-е, и теоретически этот человек даже может быть жив. Ну или по крайней мере, живы его дети. Казалось бы — умелое пользование базами и архивами, и шанс найти родственников вырастает до 100-процентного. Но для этого должно быть желание.

«Никто у нас специально творчеством Неизвестного не занимался, потому что в коллекции очень мало произведений, – рассказывает Марина Стекольникова. – Если кто-то внутренне и хотел — попробуй-ка до Америки доберись. И потом, он не очень-то шел на контакты, интервью. Кто-то у нас пытался позвонить, узнать историю про Шаломенцева — поскольку мы все равно на каждое произведение записываем провенанс (происхождение и историю владения предметом искусства – прим. ред.) – но так до него и не дозвонился. Это было буквально 2-3 года назад».

Алина Циопа, Фонтанка.ру