Капитан Фантастик: Тень независимости

11 августа 2016, 15:32

Версия для печати

Tweet

В прокате – «Капитан Фантастик»: то ли комедия нравов, то ли идеологическая драма с Вигго Мортенсеном в главной роли.

Если подводить какие-то промежуточные итоги последнего десятилетия в американском кино, получится, что там оформился новый жанр. «Кино про естественную жизнь». Его история — как в учебнике. Сначала прорыв из самых низов контркультуры – «Звери дикого Юга», состряпанный на коленке визионерский клип про людей, живущих натуральным хозяйством в затопленном Новом Орлеане, получил в Каннах «Золотую камеру» и кучу номинаций на «Оскар» (включая совсем невероятную — за лучшую женскую роль с Мэрил Стрип состязалась актриса-ребенок). Потом утверждение о красоте и честности свободной жизни на природе стало общим местом. Наконец, стало элементом массовой культуры, свидетельством чему может служить триумф «Выжившего», его кассовый успех и бесчисленные призы.

Конечно, этот развесистый жанровый кустик вырос не на пустом месте — в американской культуре вообще традиция «человек и природа» имеет совсем иной вид, чем в Старом Свете. Это у нас Шишкин, «на Севере диком стоит одиноко...», бесчисленные словесные и живописные пейзажи, воспевающие красоту природы и ее особый язык, который надо научиться слышать и понимать. В Америке — со времен Мелвилла и первых пейзажистов – флора и фауна составляют враждебную среду, которую надо покорять, преодолевать, подчинять. Иначе не выжить.

Фото: bleeckerstreetmedia.com

«Капитан» начинается с самого классического сюжета: герой убивает оленя и, в качестве инициации, пожирает его сердце, чтобы превратиться из мальчика в мужчину. Всё верно: герой Мортенсена здесь живет в лесу – вместе со своими многочисленными детишками (играют их, в числе прочего, юная надежда британского кино Джордж МакКэй. Они охотятся, читают книжки (Достоевский, Хомски, левацкая публицистика — ну, вы поняли), учатся («Билль о правах» – наизусть), разделывают туши, поют песни (джем-сейшн у костра — святое дело). Одна беда — в этом семействе есть еще мама. И живет она не в лесу, а в больнице (хотя медицина — проститутка, раздвигающая ноги перед фармацевтическими компаниями, но тут ничего не поделаешь). Впрочем, мама уже не живет – потому что покончила с собой. А родители ее — грязные буржуа, живущие в излишне великолепном палаццо — хотят похоронить ее по-своему, по-христиански. Хотя сама она хотела бы быть, как и положено американскому либертену, сожжена на костре и спущена в ближайший унитаз. Чтобы выполнить ее последнюю волю, семейство загружается в автобус и мчится по хайвеям навстречу незнакомому миру капитализма и наживы.

Многого от режиссера Мэтта Росса никто не ожидал: он до сих пор был заметен лишь авторством средненькой мелодрамы «28 комнат». А тут внезапно превратился в реформатора жанра, сдвинул его с мертвой точки передачи «В мире животных». Если чего фильмам вроде «Выжившего» и «Зверей» (а равно книжкам Мелвилла и пейзажам Черча) не хватало, то драматургического накала. И именно этот недостающий элемент Росс в своего «Капитана» добавил.

Традиция здесь мутирует в натуральную комедию нравов. Фокус оказывается наведен вовсе не на борьбу с медведями и собирание съедобного мха, а характеры, заблуждения и иллюзии героев. Росс меток и злоязык: камера француза Стефана Фонтена старательно панорамирует обложки книжек, которые герои листают. Одна другой краше: «Карамазовы» (уважение к старшим? а пестиком в лоб?), бестселлер «Ружья, микробы и сталь» Джареда Даймонда (настольная книга умника — про то, как естественный отбор работает в человеческом обществе), еще кое-какие левацкие библии последних лет (экземпляров «Доктрины шока», похоже, не нашли). Есть тут даже отдельный эпизод, в котором герои празднуют день Хомски (это, если у кого-то гугл отключили, выдающийся ученый и заодно самый радикальный из возможных леваков).

Конечно, не удерживается Росс от того, чтобы выжать максимум комизма из столкновения лесных простаков с городскими жителями. Но на них тоже красок не жалеет: живописует как сплошь прокуренных, туповатых приставок к планшетам и телевизорам.

Одним словом, если есть современная социальная комедия нравов — то вот она, «Капитан» зол, едок, ядовит и точен. И наверняка Росс стремился только к этому. Но получилось у него — странное дело — сильно больше. Любой режиссер, работающий с подобным материалом, подставляется перед теми, кого высмеивает. Россу в таком случае попадет и от правых с их гольфом и одноэтажным счастьем, и от левых с их книжками и идеалами. Но больше всех Росс мочит зрителей. Тех, кто от идеологических баталий далек, но верит в старую и простую истину: можно построить свое собственное счастье, сохранить независимость, внутренняя эмиграция — неплохой выбор. Росс здесь наглядно показывает, насколько эта иллюзия смехотворна и, в сущности, трагична. Никуда убежать не получится. Жить натуральным хозяйством, воспитывать детей, любить и быть любимым — программа слишком минимум, чтобы рано или поздно не рассыпаться в прах.

Правда, в финале Росс, кажется, понимает, что проговаривает сильно больше, чем собирался и материал увел его в совсем незнакомую сторону. И пришивает к фильму финальные пятнадцать минут, которые кажутся сладким сном Ноама Хомски, сказкой об обретенном рае. Ну, вот во сне как раз мы и можем быть свободными, наверное, от всяких идей, условностей и книжек. На том спасибо.

Иван Чувиляев