Яна Саленко: «Прощу, забуду, вернусь - и буду любить»

25 апреля 2016, 16:32
Версия для печати Версия для печати

Через несколько часов в Петербурге начнется грандиозный балетный праздник – заключительный гала-концерт юбилейного Международного фестиваля балета Dance Open. В гостях у Фонтанки.ру – его участница, четырехкратный лауреат премии Dance Open, прима-балерина Берлинского государственного балета Яна Саленко. Она рассказала о том, почему регулярно приезжает в наш город, как прижился в Берлине только что оставивший Михайловский театр хореограф Начо Дуато, как ее принимали на родине в Киеве и почему она мечтает станцевать на сцене Татьяну из "Онегина".

- Наши зрители, видимо, даже не подозревают, что давно вас видели, потому что это именно вы стали символом юбилейного фестиваля в этом году и это ваш портрет — балерина, зависшая на стене в шпагате – на всех постерах Dance Open, в большом количестве развешенных по городу. Это была специальная съемка? Как придумывался этот образ?

- Эта фотография уже существовала. Я отправила несколько, и организаторы выбрали эту. Думаю, потому что поза соответствует стилю Dance Open – максимальной открытости во всем.

- Это фото из спектакля?

- Нет, это тренировка. Хотя обычно, конечно, я во время упражнений на растяжку на стену каждый раз не забираюсь.

- А растяжка у вас действительно отрицательная, больше, чем 180 градусов, как у Ван Дамма?

- Нет, конечно. Это так только кажется.



Фото: danceopen.com

- Насколько для вас значителен приезд в Петербурге именно на Dance Open?

- Для меня это праздник души. Я еду сюда, как домой. Команда балетных звезд — очень небольшая, и Dance Open собирает лучших. Так что мы с удовольствием встречаемся и общаемся в Петербурге. Это прекрасное событие, потому что тут нет конкурса, конкуренции — есть встреча мастеров, друзей. Всегда приятно с ними поболтать, узнать новости, повеселиться.

- Как часто вы выступаете в разных Гала?

- Стараюсь почаще и побольше. Где-то раз в неделю обычно. Но уж точно не меньше, чем раз в месяц.

- Гала Dance Open — это типичный проект? Или он отличается каким-то лица необщим выражением?

- Конечно, он отличается. Прежде всего роскошью того, что происходит после, потому что Dance Open по результатам Гала вручает свою премию, устраивает красивейшую церемонию. А это уже совсем не то, что бывает обычно, когда просто едят и выпивают по случаю праздника.

 

Watch video!

 

- Насколько призы, профессиональные награды важны лично вам?

- Мне они совершенно не важны. С годами я стала ориентироваться только на своё чутьё. Когда слишком много слушаешь критику, начинаешь слишком много об этом думать, а так недолго и в депрессию впасть. Не думаю, что это полезно. Лучше все же ориентироваться на себя, на своего внутреннего критика. Я открыта высказываниям коллег и прислушиваюсь, если они советуют что-то изменить, откорректировать. Но случается и так, что мне говорят, что я танцевала очень хорошо, а я знаю, что могу сделать гораздо лучше — или, бывает, мне говорят, что я где-то недотянула, а я знаю, что это мой предел, и большего я сделать не могу.

- Что сейчас происходит в Берлинском государственном балете? Каков там репертуар? Каков лично ваш репертуар в нем? Развит ли в Берлине вообще современный танец? В Петербурге с ним — большие проблемы.

- С современным танцем проблемы везде. Отчасти потому что в классические музыкальные театры публика ходит смотреть классический репертуар. Если говорить о модерне, то его лучше поселить в специальное здание, более демократичное по архитектуре, в котором люди в повседневной одежде будут смотреться органично.

- То есть в Staatsballett Berlin современного балета мало?

- Нет, наоборот, много. Потому что у нас сейчас главным хореографом работает Начо Дуато, один из ведущих современных хореографов Европы.

- Ах вот оно что! То есть, Дуато из нашего Михайловского театра отправился к вам? И как его воспринимает публика?

- Сложно. Ходить в наш театр, конечно, не перестали, но количество зрителей уменьшилось. В Берлине все же привыкли к классике. Да и критики от современного балета не в восторге.

- А вам лично с Дуато интересно?

- Мне – да. Мне очень нравится его стиль и образ мыслей. Вообще неоклассика меня очень привлекает.

- Вы у него уже станцевали какую-либо главную партию?

- Да, я только что станцевала принцессу Аврору в его «Спящей красавице». Она у Дуато совсем другая по сравнению с классическим балетом Петипа. Даже природа чувств у нее другая. С самого начала это не безотчетное счастье оттого, что у нее день рождения и вся жизнь впереди — у Дуато Аврора полна страхов: оттого, что она впервые должна появиться на балу, что ее ожидает замужество. Всё это заставляет девушку переживать настоящие душевные терзания. Что мне кажется очень привлекательным в неоклассическом балете — что он допускает самые разные трактовки, каждый зритель видит и считывает свой сюжет.

- Какие планы у Начо Дуато в Берлине?

- Грандиозные. Он хочет очень много всего сделать. Самое ближайшее, что он запланировал — перенести на берлинскую сцену «Щелкунчика», которого поставил здесь, у вас, в Михайловском театре. Потом он перенесет еще один свой балет из Михайловского – «Ромео и Джульетту». Он уверена, что классику сегодня необходимо переосмыслять.

- Вы называете исключительно русские балеты. А есть какие-то зарубежные названия?

- Есть и зарубежные. Вот только что, в феврале состоялась премьера балета Herrumbre (исп. ржавчина — прим.ред.) – посвященного проблеме насилия, убийства, терроризма в сегодняшнем мире. Критика отнеслась к балету прохладно, потому что он очень сложен для восприятия.

- Вы же родились в Киеве, работать начинали в Донецке. Сейчас вы поддерживаете связи с коллегами из Украины?

- Я переписываюсь с ними иногда, но вот недавно меня пригласили приехать в Киев, чтобы станцевать в «Лебедином озере». Мне это было очень приятно.

- Как по-вашему, изменилось ли восприятие публики в эти новые для Украины времена?

- Нет. Я ничего принципиально нового не ощутила. Публика осталась такой, как была.

- А в Донецке вы давно не были?

- Давно. Больше десяти лет. Но я регулярно общаюсь со своим учителем Вадимом Писаревым, который сейчас возглавляет Донецкий национальный театр оперы и балета. Он постоянно проводит в Донецке балетные фестивали и приглашает меня на них. И вот он как раз старается познакомить публику со всем новым, что есть в сегодняшнем мировом балете.

- Ну, вернемся в Петербург. Случалось ли такое в вашей судьбе, что на Dance Open родился какой-то новый проект?

- У меня было именно так, когда после одного Гала Dance Open ко мне подошли Бубенички, Отто и Иржи, вам, наверное, известные, которые искали балерину для своего нового балета на классическую музыку — Моцарта и Баха. И я сразу согласилась с ними работать.

- Есть такой хореограф, с которым вы еще хотели поработать?

- Я сейчас работаю в Лондоне, в королевском балете Covent Garden. И меня очень заинтересовала современная английская хореография — я буквально с любым британским хореографом с удовольствием поработала бы.

- Скажите, а возможно такое, чтобы в Staatsballett Berlin вы подошли к Начо Дуато и сказали, что хотели бы попробовать что-то конкретное, новое?

- Нет, такое у нас, конечно, невозможно. Такого нет в традиции. Артисты — рабочие лошадки, делают то, что считает нужным главный хореограф.

- То есть, приходит Начо Дуато в начале сезона, собирает труппу и рассказывает про свои планы, так?

- Да, именно так. Но у Начо довольно большие планы, так что всем находится работа. Он ставит не только сам, приглашает ведущих хореографов. Например, своего учителя Иржи Килиана.

- Килиан хорошо известен и любим в России. Вы танцевали в его балетах?

- Нет. Я вообще почти не танцую модерн в Staatsballett Berlin. У меня такое чувство, что меня хотят сохранить именно как классическую танцовщицу.

- А что, в балерине что-то портится, если она танцует современные балеты?

- Смотря какие. Танцуя модерн, очень легко травмироваться, там нужны специальные тренинги. Но с другой стороны, Начо Дуато — это в значительной степени современный балет.

- Когда Начо Дуато ставит перед вами задачи, он говорит с вами о переживаниях, о судьбе героинь или только показывает движения?

- Он очень редко говорит с артистами о переживаниях, оставляет их на откуп артистов. Я много думаю об этих переживаниях, показываю ему, а он уже говорит, так или не так?

- Часто приходится слышать упрек, что эмоции в балете слишком форсированы, чересчур экспрессивны? В их подлинность очень трудно поверить. Есть для вас такая проблема?

- Такая проблема в принципе существует. Но я думаю, что за подлинность эмоций отвечает артист, он сам должен дозировать экспрессию, но для этого танцовщику надо дать свободу, не заставлять его слепо повторять указания. Доверять надо артисту.

- Какую героиню вы еще хотели бы станцевать? Есть желание рассказать в танце об эмоциях более взрослой женщины, чем те, в основном, юные героини, которые присутствуют в классике: Джульетта, Жизель, Одетта-Одиллия, Аврора и так далее?

- Да, есть. Мне бы хотелось станцевать Татьяну из «Онегина» в хореографии Джона Кранко. И я надеюсь, эта мечта осуществится – в следующем сезоне в Staatsballett Berlin эта постановка запланирована.

- То есть, а рамках уже существующего рисунка вы готовы сказать что-то новое об этой пушкинской героине?

- Готова. Для меня гораздо интереснее больше играть и чувствовать роль, чем больше танцевать.

- Пушкин говорил, что Татьяна его удивила. А вас чем Татьяна удивила?

- Своей силой, способностью с помощью одной только воли выстроить свою судьбу.

- Для вас лично как для женщины может быть оправдана такая жертва? Она же обрекает себя на женское несчастье.

- Нет, для меня такое невозможно. Я очень простой человек, я лучше забуду, прощу, вернусь и буду любить. Потому Татьяна мне и интересна, что она настолько не похожа на меня.

- Последний вопрос: что вы станцуете в сегодняшнем Гала?

- Grand pas de deux «Венецианский карнавал» из балета «Сатанилла» с Дину Тамазлакару – это из классики, а из модерна — композицию Not any more, где моим партнером будет мой муж, Мариан Вольтер, и которую поставил наш друг Раймондо Ребек семь лет назад — тогда он только начинал работать как хореограф, а сейчас он уже довольно известный в Европе профессионал.

Жанна Зарецкая, «Фонтанка.ру»

Чем заняться 16 — 18 апреля: «Город теней», онлайн-поход во дворцы и взгляд на старость от Энтони Хопкинса

Гид «Фонтанки» по выходным: поучаствуйте в соревновании умов в Русском музее, узнайте больше о Гумилеве, поймите, как подделывают картины, и не пропустите начало масштабной ретроспективы «Властелина колец»

Статьи

>