‘ото: —офь€  оробкова, ≈вропейский университет в —анкт-ѕетербурге

ѕам€ти ƒмитри€ ÷иликина

01 апрел€ 2016, 13:10
¬ерси€ дл€ печати ¬ерси€ дл€ печати

” журналиста, театрального критика ƒмитри€ ÷иликина – острого и легкого, но при этом из€щного и даже эстетского пера – поклонников немало. » тексты ƒимы, печатавшегос€ буквально во всех профильных и непрофильных издани€х, у нас останутс€. Ќе будет больше человека, артистичного, циничного, исключительного и замечательного во всех своих про€влени€х. ¬ пам€тном материале «‘онтанки» – воспоминани€ ƒиминых друзей, учеников, коллег.

ѕјћя“» ƒ–”√ј

ѕоследний раз € видел ƒиму ÷иликина на поминках —амуила Ћурье, в ѕрибытково, на даче “ать€ны ¬ольтской 16 августа прошлого года…

—ейчас € сижу и просто смотрю на обложку книги – «—амуил Ћурье. ƒмитрий ÷иликин. ѕисьма полумертвого человека». » думаю о том, какой жестокой и абсурдной бывает эта «случайна€ мистика» изречЄнного слова…

ƒва живых и прекрасных автора образуют собой «полумЄртвого» лирического геро€…

«ƒвое петербуржцев, один – очень немолодой, другой – не очень, оба – литераторы, оба журналисты, но из разных кругов, из разных углов, – судачат спуст€ рукава, как Ѕог на душу положит, о нравах улицы и бомонда, о вкусах народа и начальства, о злобе политического дн€, о смысле классических текстов... ёмор спорит с остроумием: чей слог легче? – и оба пытаютс€ перешутить хоз€ек жизни – √лупость и ѕошлость, – понима€, впрочем, что это дело безнадежное».

», пон€в это, оба уход€т друг другу вослед. » горько-шутлива€ «полужизнь» превращаетс€ в вечное небытие...

¬ последние годы мы не так часто виделись. Ќо эти годы и не были главными. ¬сЄ насто€щее, что окрыл€ло нас, что давало шанс не замечать ни скудность экзистенциального пайка, ни унылость «очередной премьеры» вселенско-холопского дежавю, – всЄ это осталось там, в благословенных 1990-х, когда у нас получалось не только «делать, что должно», но и верить в то, что будет...

¬ первый же день, когда € пришел на работу в редакцию еженедельника «„ас пик», € столкнулс€ с ƒимой на лестнице – мы сразу разговорились. » проболтали «обо всЄм на свете» почти без умолку все 6 лет, что проработали вместе.



‘ото: Ћюдмила ¬олкова

 

’от€ он и ушЄл, в конце концов, со сцены и полностью переключилс€ на журналистику, ƒима был, прежде всего, артистом. Ёкспрессивным и ироничным. Ћюбой его рассказ всегда был прелестным «театром одного актера», и в его текстах всегда угадывались мимика, жесты и подчЄркнуто интонированный голос автора.

Ќо ƒмитрий ÷иликин, разумеетс€, был не просто талантливым актером. ” него была страстна€ душа публициста. ќн всЄ врем€ сражалс€ с тем, что считал злом, стрем€сь защитить то, что было ему дорого – —вободу, Ћюбовь, »скусство, —ловесность, √ород… ќн отнюдь не был замкнут в своих «парнасских эмпире€х». ќ политике мы говорили едва ли не чаще, чем о культуре. ƒима активно поддерживал самые отча€нные гражданские инициативы. ћы вместе были в «ѕетербургской линии», котора€ объединила в 2003 году городских журналистов, попытавшихс€ бросить вызов  ремлю, который вознамерилс€ тогда отобрать – и в итоге отобрал – у петербуржцев право на свободный выбор собственной власти…

» при всЄм этом ƒмитрий ÷иликин был одним из лучших знатоков и умельцев своего высокого ремесла. ∆анр арт-критики вообще – один из самых сложных в журналистике, так как существует поперЄк суровой максимы: «ќ вкусах не спор€т!» ј ÷иликин – спорил. » доказывал. »бо умел то, что сам дл€ себ€ положил главным приЄмом: «ќбольстить читател€!». ќбольстить изысканным стилем, парадоксальной мыслью, глубокой эрудицией, искренностью, но главное, – авторской неравнодушностью. Ѕрезгливой удалЄнностью от постмодернистских кривл€ний и самолюбований. „естным служением не только  расоте, но и ƒобру…

 огда наступили полумЄртвые и всЄ более скучные «нулевые», € ушЄл из газеты. ƒима продержалс€ там ещЄ четыре года, согрева€ себ€ придуманной им публичной перепиской двух внутренних эмигрантов – «ƒ.÷.» и «—.Ћ.»:

«12 но€бр€ 2003 г. ќх, давненько € к ¬ам не писал... ј с другой стороны – и то сказать: какой кому от нашей переписки прок?

  примеру, дл€ некоего homo (esse), репрезентировавшего себ€ как «ƒотошный „итатель», она – вроде как ненасто€щие елочные игрушки: не приносит никакой радости.

¬ «„ѕ» регул€рно печатаютс€ письма г-на ÷иликина к г-ну Ћурье и от г-на Ћурье к г-ну ÷иликину под названием «ѕисьма полумертвого человека». ¬ этих письмах – ни единой положительной эмоции и ни одного положительного эпитета». » дальше вот что (отклик – еще летний, да недосуг было ¬ам его передать): «Ќытье г-на ÷иликина и г-на Ћурье – чеховское, «возвышенное». ќно задает тон газете. ¬от в статье о конкурсе на новое здание ћариинки – ни одного положительного эпитета. » о юбилейных торжествах 300-лети€ ѕетербурга – ни единого доброго слова. ќдно только непереводимое ни на какой €зык слово «пошлость»». –езюмирует ƒ.÷. так: « ак бы оп€ть не донытьс€, не добрюзжатьс€ до чего-нибудь нехорошего».
ƒа! ƒа!!! ƒавайте, —амуил јронович, скорей покаемс€ (скорей – ввиду, так сказать, наступающего момента). ќтчего бы, в самом деле, полумертвым человекам не делитьс€ друг с другом положительными эмоци€ми, описыва€ оные еще более положительными эпитетами? ј рубрику переименовать. Ќапример: «Ѕольше оптимизма!» ѕрав homo: жить-то стало лучше, жить стало веселей. ј мы с ¬ами прогл€дели эту духоподъемную перемену – все-то нам кидаетс€ в глаза непереводима€ (и даже неизъ€снима€) пошлость...
ћожет это государство полюбить человека или хот€ бы ненавидеть его меньше?..

ћой учитель ≈вгений  алмановский так писал о „ернышевском: «ѕон€ть, оценить весь дикий, сверхчеловеческий разброс его жизни способен лишь тот, кто сам жил здесь, в этом котле варилс€, без срока хлебал кислые щи, путалс€ в родимых соснах и вырывалс€ духом из предуготовленных ему тисков». Ёто, несомненно, относитс€ не только к бедному Ќ. √., но и к российской жизни вообще.
Ќичего более оптимистичного предложить не имею…
ƒ.÷.»

ј потом пришло следующее, уже совсем мЄртвое дес€тилетие. Ќо, встреча€сь изредка с ƒимой или просто вспомина€ о нЄм, € почему-то всегда верил в то, что нам надо просто «ещЄ немного» перетерпеть-переждать. », пусть уже совсем немолодые, мы рано или поздно вдруг снова станем жарко говорить «обо всЄм на свете», и вновь будет много событий, которые нам с ƒимой захочетс€ обсудить, а может, получитс€ даже вместе что-нибудь окрыл€ющее придумать…

“еперь € знаю – этого не будет уже никогда. ћы навсегда останемс€ там, в прошлом веке и прошлом тыс€челетии, когда мы верили в то, что наши «полумертвые» слова когда-нибудь оживут…

ƒаниил  оцюбинский, историк

ѕјћя“» ”„»“≈Ћя

ѕоверить в эту новость невозможно, ѕисать о ƒиме? – да, но к ƒиминому юбилею, к его 70, допустим, годам. „то он будет делать в старости, мне кажетс€, он сам прекрасно представл€л уже и двадцать лет назад: возитьс€ со способными сопл€ками, он это предвкушал – быть сэнсеем. » он уже тогда понемногу тренировалс€. Ќа мне, например. ¬рем€ свое, знани€, внимание, слух на слово – всЄ это он тратил очень щедро. » он требовал взамен многое.  ак будто это вовсе и не газета, в которую завтра завернут селедку, а потом обеих выброс€т. ќн не тексты сдавал – он учил. ќчаровывал, острил, рон€л, как полагаетс€, сомнени€ в младые души, – да, из него вышел бы фантастический профессор! ќбожаемый студентами, легендарный. »ногда хвалил. »ногда орал: "„то ¬ы сказали? (¬ его жизненном проекте, как он это себе задумал, к ученикам следовало обращатьс€, конечно, только на ¬ы). ¬сЄ, что ¬ам позволено здесь говорить это "ƒа, господин учитель", "Ќет, господин учитель" и "»дите на ..., господин учитель" ¬сЄ!". Ќа часах был поздний вечер, в ƒимином компьютере висела мо€ стать€ про балет, мы медленно ползли от фразы к фразе, а на крик в дверь просовывала голову Ћена ¬ольгуст: "ј, вы еще работаете? ј € уже пойду". Ёто была така€ посто€нна€ пьеса, с небольшими вариаци€ми. ќн ее вс€кий день играл с большим удовольствием. "√осподина учител€" € обожала, как только способен когда тебе 16-17. ...ƒимочка, как вас будет не хватать!

ёли€ яковлева, писатель

ќ“≈÷ » —џЌ

Ћетом можно было бы отмечать двадцать лет нашего знакомства. —лучилось оно в  остомукше на фестивале Ћеши √орибол€. ѕ€ти дней общени€ хватило, чтобы, вернувшись в ћоскву, € тут же купила билеты в ѕитер и помчалась к ÷иликину. Ќаутро была им ругана, за то, что €вилась «не с пустыми руками, а со своим карбонадом» и что часа полтора где-то «шл€лась»: ƒима умудрилс€ навести справки о времени прибыти€ моего поезда и высчитать маршрут от вокзала до квартиры.

ѕетербургским знакомым и друзь€м € «передавалась» ƒимой, как масонска€ реликви€. «вонит јнечке  ипри€новой и учтиво сообщает: «  вам едет московска€ гость€, доберетс€, веро€тно, минут через сорок, но ввиду некоторой непредсказуемости этой идиотки все-таки дайте мне знать, когда она к вам взойдет». ¬ квартиру на √алерной действительно можно было только «взойти». ¬ тот приезд мне вообще повезло: ƒима, јнечка, Ћен€, Ўура, јркаша.

Ћеша √ориболь протащил в ћариинку на звезд ѕарижской оперы, – об этом была мо€ сама€ перва€ заметка в  оммерсанте, подписанна€ «соб. инф.». ј ƒима предложил написать в «„ас пик», где он заведовал отделом культуры, о праздновании какой-то круглой даты ћосквы. Ќаписала от имени Ћеонида ќбложкина. ƒальше все непон€тно: звонит ÷иликин, говорит, что текст, за который начислили премию в виде тройного гонорара, висит на доске почета „ѕ вот уже вторую неделю, и что он мне заказывает второй текст. ѕотом был третий и последний: € уже устроилась «девочкой» в отдел культуры « оммерсанта», а „ѕ вскоре закрыли.

Ѕудучи ќтцом в профессии – в моем случае буквально, – ƒима с упорством, достойным лучшего применени€, набивалс€ в приемные сыновь€. «Ѕуду братиком вашему ¬асе, – чем плохо?». Ќо познакомитьс€ ему случилось с другим моим сыном. – ƒва года назад экспертами ««олотой маски» встретились на мюзикле «–усалочка», куда € и —ашку прихватила. ¬озвращались, болтали, —ашке было торжественно объ€влено: вот, мол, приемный брат. ¬чера спросила —ашку: «ѕомнишь приемного брата?». – ѕарень заулыбалс€.

≈лена „еремных, музыкальный критик

ѕјћя“»  ќЋЋ≈√»

ќн был сознательное дит€ ѕетербурга, его грации, его балетной традиции. ќн жил один в новостройке далеко за ќзерками, в его квартире были чистота, цветы, салаты к ужину, ирони€ и терпение. –еплика в быту, любое его письмо становились театральным и литературным произведением. Ќе следу€ стилю ныне прин€той переписки, он начинал деловое письмо витиеватым обращением: «ќ лилейнораменный ѕетр!» или: «ќ ѕетр, стегна твои из мрамора, вы€ тво€ из порфира! ј у нас тут, типа, сезоны открываютс€… ћало нам –усалки (кстати, хорошо бы знать, сварганить ее 26-го или позже)…» и коронное: «ѕет€, спешу обрадовать: собралс€ на «–омео и ƒжульетту» ƒуато в ћихайловском театре – и тут обнаружилось, что € там нон, типа, грата. Ќа спектакль, разумеетс€, проник (не первый день подвизаюсь в этой профессии), но, однако ж, каков наш ¬ован!» (художественный руководитель ћихайловского театра ¬ладимир  ехман. – ѕрим.ред). ќн чувствовал меру вещей, и дл€ любой из них хранил меру слов. ј еще € помню «ћ€сной орех», когда мы ехали в такси по виадуку – но этого не передашь.  аждый из нас запомнит ƒимочку, каким его знал. я ему благодарен и не стыжусь слез. ѕрощайте, ƒимочка..

ѕетр ѕоспелов, музыкальный критик
 онец переписки

‘онтанка.ру

 

„айный гриб как посредник любви. ¬ ѕетербурге по€вилась резиденци€ Ђнаучного искусстваї

»“ћќ открыл дл€ публики новое пространство AIR Ч там будут проходить выставки по направлению science art и открытые учебные зан€ти€. ѕервыми показывают дипломные работы студентов этой программы

—татьи

>