Екатерина Галанова: Dance Open – это всё, кроме некачественного

30 марта 2016, 20:45

Версия для печати

Tweet

16 апреля на одной из самых роскошных сцен мира – подмостках исторического здания Александринского театра – открывается 15-й Международный фестиваль балета DANCE OPEN. В студии [Фонтанки.ОФИС] руководитель фестиваля Екатерина Галанова не просто рассказала о программе крупнейшего российского балетного форума, но и поделилась его главными интригами и секретами.

Watch video!

 Здесь можно посмотреть полную запись эфира

- Права ли я буду, если скажу, что DANCE OPEN-2016 – это the best всего, что есть сегодня в мире танца вообще, без деления на классику и современный танец?

- Ты сформулировала то, что мы ставили себе как задачу. Действительно, сейчас – и уже довольно давно – мир танца таков, что невозможно провести внутри него жесткую дифференциацию. Один и тот же хореограф может переходить из одной стилистики в другую даже в рамках одноактного балета, балет смешивается с оперой и так далее. В юбилейный сезон DANCE OPEN мы пытались показать всё разнообразие танца, которое вообще сегодня существует, всё его разностилье: классический, современный, авангардный.

- Такого раньше не было, это какой-то принципиально новый этап для фестиваля?

- Стремление было всегда, но не всегда находились возможности – организационные или финансовые. А в этом году мы собрали волю в кулак и постарались объединить в программе самых востребованных, модных хореографов, которые практически в режиме нон-стоп работают по всему миру, имеют свои оригинальные идеи, своё направление движения.

- Как вы работаете с потенциальными участниками? Например, на афише спектакля Венского балета, открывающего фестиваль, написано, что программа создана специально по заказу DANCE OPEN. Какие задачи вы ставили венцам?

- Когда мы приехали в Вену выбирать спектакли, нам всем однозначно понравилась «Тайна Синей бороды»: и магическая музыка Филипа Гласса, и необычная хореография Штефана Тосса, и какой-то неожиданный для балета жанр, некий балетный триллер. Мне даже трудно было прийти в себя после спектакля – настолько это глубокая вещь, невероятно мощная по своей психофизике. Можно сказать, что этот балет живет какой-то своей жизнью. «Тайна Синей бороды» будет показана в венский вечер во втором акте, а первый мы собирали, наоборот, из легких, бравурных вещичек. Это постановки Иржи Бубеничека и дуэта Пола Лайтфута и Соль Леон, которые ставят для NDT – Нидерландского театра танца. Первая – на музыку Баха, вторая – Россини. То есть, это кардинально отличается от «Тайны Синей бороды». Мы из рая попадаем в ад.

- То есть, вы отсмотрели разные спектакли, которые не идут вместе на сцене Венского балета, и попросили скомпоновать их вот так, как ты говоришь?

- Да, у нас были довольно длительные переговоры, но, слава богу, Манюэль Легри, руководитель Венского балета, который давно нас знает, с юмором и терпением относится ко всем нашим желаниям. И вообще – это моя большая гордость – Манюэль согласился выйти на сцену у нас в Гала, а ты понимаешь, что он давно уже закончил выступать как танцовщик. В своё время он был моим любимым премьером Парижской оперы – совершенно невероятным, глубоким, с потрясающим обаянием.

- И как же ты его уговорила?

- Ну, вот так получилось. Это будет небольшой фрагмент из балета «Летучая мышь» в постановке Ролана Пети – там, в основном, требуется актерское мастерство. Но сам по себе факт совершенно уникальный. Аргументов у нас было море, но мне кажется, дело тут не в наших аргументах, а в азарте и в доверии Манюэля к нам. Он и его театр далеко не первый раз участвуют в нашем фестивале и знают, что нам можно доверять. Тот кусочек, который станцует Манюэль Легри, мне лично напоминает старые фильмы с Чаплиным. При этом сам Манюэль, как мне кажется, немного похож на Чаплина. Не только внешне, но и каким-то сокрушительным обаянием.

- Ну что, давай побежим по афише и будем попутно интриговать зрителя.

- Есть еще «Ромео и Джульетта». Это замечательная возможность увидеть не ту постановку Леонида Лавровского, которая идет у нас в Мариинке. Мы привозим постановку Кеннета Макмиллана, который работал в Королевском балете Ковент Гарден. Это спектакль Пермского театра оперы и балета, но солисты – из Royal Ballet. Постановка напоминает хорошее английское кино, которое мы все любим: достоверное, добротное, классическое. Кроме того, это музыка Прокофьева, 125-летие которого мы отмечаем в этом году. Мне кажется, даже петербургскому зрителю, который классику может смотреть хоть каждый день, будет интересна именно эта, макмиллановская версия «Ромео и Джульетты», потому что очень шекспировская получилась история. Макмиллан чувствует Шекспира как никто другой. И я рекомендую этот спектакль особенно для семейного просмотра, я, во всяком случае, с детьми пойду именно на него.

- О, отличный «приговор»: спектакль для семейного просмотра. Сейчас мы для каждого такую краткую характеристику придумаем. Давай?

- Давай. Следующий спектакль в афише – это балет Дрезденской оперы Земпера, «Кактусы». Тут три одноактных балета в одной программе: «Танц-сюита» Алексея Ратманского, которого очень любят в России, несмотря на то, что он, к сожалению, здесь нечастый гость; «В другом пространстве» Понтуса Лидберга – история, сделанная совершенно в другой стилистике; и, наконец, «Кактусы» Александра Экмана, самого скандально известного хореографа в мире, провокационного, очень популярного и востребованного. «Кактусы» – вещь, которая идет по всему миру, вплоть до Бродвея. То есть, это такой хит, где всё на грани фола.

- То есть, в данном случае, это постановка не для семейного просмотра? А для кого – для гурманов?

- «Кактусы», я уверена, поймут все. Там всё прямолинейно, в хорошем смысле. Сам кактус – это образ колючести современного мира и современных людей. Все мы в каком-то смысле кактусы: мы одинокие и колючие. Но эта постановка – абсолютный шедевр.

- Ну вот мы и добрались до спектакля, о котором любители балета говорят больше всего и больше всего его ждут. Это «Пер Гюнт» Словенского национального театра Марибора.

- Я хочу сказать, что если ты не сможешь посмотреть все спектакли и придется выбирать, то обязательно нужно пойти на «Пер Гюнта» Эдварда Клюга.

- Почему это, интересно?

- Потому что это в какой-то степени драматический спектакль.

- …только актеры не говорят?

- Знаешь, есть ощущение, что говорят. Хотя на самом деле, конечно, нет. Это такая настоящая скандинавская ибсеновская сага. Но мариборцы – какие они молоды! Кто это еще может так сыграть? Помнишь, когда первый раз приезжали, они всех потрясли именно актерским мастерством. Так вот теперь они еще больше выросли, и любой драматический театр может позавидовать такому актерскому составу.

- Интересно, их учат специально актерскому мастерству?

- Я не знаю, как конкретно мариборцев учили, но когда я сама училась в Академии Вагановой, нас, напротив, учили совершенно не так, как драматических артистов. Принципиально иначе. Нам говорили, что между сценой и залом – оркестровая яма, поэтому наша цель в том, чтобы жест был не достоверным, а заметным с галерки: не важно, что он получается утрированный, с перебором. Конечно, я упрощаю. Но не могу не повторить, что у словенцев меня всегда поражала их обнаженная душа, искренность до какого-то невозможного предела. С «Марибором» мы работаем второй раз, первый раз они привозили «Весну Священную» – и как только я начала ее смотреть, у меня на глаза стали наворачиваться слезы. Хореографию уже не помню, но помню, как они это делали.

- Теперь про «Пер Гюнта» расскажи.

- «Пер Гюнт» – это колоссальный двухактный балет Эдварда Клюга, они везут два грузовика декораций. При этом все монохромное, в фиолетово-сиреневых тонах. Первый и второй акты – очень разные. Первый все-таки нацелен на завоевание зрителей, а второй – совсем уже серьезный, глубокий, философский.

- А что для тебя такое Пер Гюнт – как образ? Он кто?

- Странник. Ищет себя. Именно поэтому я очень рада, что в спектакле появился Денис Матвиенко. Хотя кажется, что Денис не совсем подходит для этого образа – со стороны он такой техничный, энергичный человек, который все время прыгает. А Пер Гюнт, особенно учитывая видение Эдварда Клюга, хореографа-философа, другой, ему не до кабриолей, не до фуэте… Хореография Эдварда не про это. Но на самом деле, я очень обрадовалась, когда все срослось: Пер Гюнт, Эдвард Клюг, Денис Матвиенко.

- То есть, это тоже ты инициировала?

- Да, это тоже наша, фестивальная задумка. Когда мы в первый раз увидели «Пер Гюнта», Дениса Матвиенко там не было. И мы спросили Эдварда Клюга, нельзя ли объединить Дениса и эту постановку. Клюг давно работает с Денисом – они очень плодотворно сотрудничают, у них есть совместная позитивная история. Недавно меня спросили, почему именно Денис. Этот вопрос заставил задуматься… Но то, что я сейчас скажу, разрешил открыть сам Денис. Он и есть Пер Гюнт. И Солвейг у него есть. Отправляя его в Марибор, мы сказали: «Денис, главное – ничего не играй». Это шутка, конечно, потому что Денис – прекрасный актер, и они с Клюгом замечательно друг друга чувствуют. Но что меня больше всего впечатлило в «Пер Гюнте» – это то, что гениальная музыка сплелась с хореографией и со спектаклем в целом. Мне в какой-то момент показалось, что я смотрю на сцену и вижу саму музыку – настолько все, что происходит на сцене, было адекватно музыкальному полотну.

- Для какого возраста, как тебе кажется, этот балет?

- Думаю, для взрослых людей. Не потому, что там есть что-то неприличное – просто это серьезное, глубокое произведение, непростое.

- То есть, смотреть его – это работа?

- Да, но очень увлекательная. Я не устала на «Пер Гюнте» – наоборот, вышла очень вдохновленная.

- Ну вот, мы добрались до финального аккорда – до Гала, которого все, конечно, тоже особенно ждут.

- На Гала выступят все наши друзья. Причем в этом году появятся две новые пары, то есть, артисты, которые раньше вместе не танцевали, впервые выступят дуэтом. Что касается жанров, то тут будет и классика, и неоклассика, и фрагменты из авангардных балетов. Словом, как всегда!

- И в этом году вы снова будете вручать Премию Dance Open, которую в прошлом году вручить не получилось?

- Да, почти все участники Гала являются номинантами Премии Dance Open. За исключением тех, кто просто выходит поздравить Фестиваль, как, например, Манюэль Легри, о котором я говорила. Кстати, Александр Экман тоже выйдет на сцену с хореографическим поздравлением. В общем, зрителей ждёт множество сюрпризов.

- А вот скажи: спектакли для программы ты отбираешь сама, одна?

- Вообще мы смотрим всегда вдвоем-втроем: поскольку я отлично понимаю, что мой вкус несколько деформирован, как и вкус любого профессионала.

- То есть, тебе важно, чтобы это была немного популярная история – для людей?

- Да, можно сказать и так.

- А есть что-то, что ты никогда не привезешь?

- Только что-то очевидно некачественное. Остальное – я отлично это понимаю – дело вкуса, с чем-то я могу не соглашаться, что-то мне может не нравиться. Но если автор – профессионал, и спектакль интересный, я буду стараться его привезти и показать.

Жанна Зарецкая, специально для «Фонтанки.ОФИС»