Марат Гацалов: «Сегодня лайк это поступок»

30 сентября 2015, 23:55

Версия для печати

Tweet

Когда два года назад во дворе между улицей Зодчего Росси и Фонтанкой открылась Новая сцена Александринского театра – идеально технически оснащенное многофункциональное здание – мало кто понимал, что это за структура, за странный приросток к величественной Александринке? Сейчас главное, что стало понятно, что это пространство работает, причем, в регулярном и уникальном режиме, и его популярность среди горожан, которые всерьез относятся к своему досугу, неуклонно растет. Подробности жизни Новой сцены «Фонтанка» узнала у ее главного режиссера Марата Гацалова.

- Мог бы ты для начала объяснить, зачем все-таки понадобилась эта сцена и как она функционирует – таким простым, доступным языком, для тех, кто еще не понимает?

- Изначально, когда создавался этот уникальный центр, и когда Валерий Владимирович Фокин приглашал меня возглавить Новую сцену, он довольно точно сформулировал цели и задачи её работы. Новая сцена – это пространство для поиска, эксперимента, это платформа для междисциплинарного диалога, за счет которого происходит обновление театрального языка. На Новой сцены для этого созданы все условия: есть сцена-трансформер, еще один блэкбокс, меньший по размерам, большой репетиционный зал. Один из важнейших наших инструментов – медиацентр: проникновение медиатехнологий в жизнь настолько тотально, что театр просто не может их не замечать, иначе он останется театром прошлого века. Нас интересует то, как технологии могут конструктивно взаимодействовать с театром – существовать не ради пущего эффекта, а на службе у замысла. Но бывает и обратная ситуация – когда сама технология провоцирует замысел: мы уже несколько десятков лет живем с интернетом, успело вырасти целое поколение, чье сознание в значительной степени определяет жизнь в сети. Как говорит канадский культуролог Маршалл Маклюэн, история культуры человечества – это история совершенствования коммуникаций. Современные коммуникации радикально воздействуют на сознание, и театр не может не обращать на это внимание. Театр во все времена отвечал на запросы времени – иначе он терял свой смысл.

Главный режиссер Новой сцены Александринкского театра Марат Гацалов

Фото: Пресс-служба Новой сцены Александринки

- Ну конечно. Театр – это же единственное искусство, которое существует только здесь и сейчас. И фраза Товстоногова о том, что концепция лежит в зрительном зале, не утратит своей актуальности никогда.

- Трудно не согласиться с Георгием Александровичем -- спектакль рождается не на сцене, а в сознании зрителя, потому он каждый вечер разный. И понятно, что, современный театр может обойтись и без технологий. В свое время Гротовский говорил, что театру нужно избавиться от всего лишнего.

- Ну Гротовский тоже не на огромных сценах занимался исследованиями возможностей актера, а как раз в лаборатории. То есть, правильно ли будет сказать, что Новая сцена Александринки – это пространство для лабораторных исследований, связанных с любыми путями развития театра в XXI веке? В том числе, такого типа театра, который условно можно назвать «голый актер на голой сцене»?

- Разумеется. В рамках фестиваля «Александринский», который будет идти до середины октября, на Новой сцене пройдет премьера спектакля «Дао» Алексея Янковского по тексту Клима – спектакля, в котором занята одна артистка, Гала Самойлова. Режиссер проделал здесь довольно серьезную и тонкую работу с актером – которая является, по сути, главным его постановочным средством. Оторваться от этого действия невозможно.

- Приятно слышать эту фамилию. Я не раз писала, что наш расточительный город потерял в лице Янковского очень содержательного и профессионального режиссера. Причем, Янковский – это как раз тот режиссер, который интересуется лабораторными исследованиями, касающимися артиста.

- Да, и я действительно впечатлен «Дао» и очень рекомендую этот спектакль зрителям. Вообще, нам важно, чтобы на Новой сцене были представлены самые разные типы современного театра – эту идею мы реализуем с первого же сезона работы площадки. Вспомните сами: «Шум» – документальное направление в театре, «Нейроинтегрум» – science art, «Камера обскура» – театр художника, «Экспонат / Пробуждение/» и «Земля» – современная хореография. Приятно, что профессиональное сообщество заметило поиски Новой сцены и высоко оценило результаты нашей работы -- «Экспонат/Пробуждение» хореографа Анны Абалихиной получил две «Золотые маски», в том числе как лучший спектакль в номинации «Современный танец», «Камера обскура» получила четыре номинации на «Золотую маску», «Земля» – две номинации на «Золотой софит». Такой широкий спектр стилей и жанров позволяет каждому зрителю найти то, что ему интересно.

Сцена из спектакля "Экспонат/Пробуждение/", хореограф Анна Абалихина

Фото: Фото Екатерина Кравцова

- Зрители Новой сцены потрясли меня, когда я как один из учредителей молодежной театральной премии «Прорыв» проводила со здешней публикой обсуждение спектакля «Камера обскура». Люди, самых разных возрастов, были открыты диалогу, вслушивались в то, что рассказывали им о своем театре молодые театральные художники, задавали вопросы, в которых слышалось огромное желание понять то, что им пока неясно. Новая сцена может гордиться своей публикой – это бесспорное достижение здешней команды.

- На Новую сцену люди действительно идут с особым запросом. Не «сделайте мне комфортно и красиво» или «покажите мне культурные коды, которые я знаю и поэтому легко считаю», а – «я хочу узнать нечто новое о театре, о себе, о жизни». Новое не вызывает у них агрессию, а провоцирует большой интерес, желание понять. Такая публика и нас двигает вперед – вот что важно. У зрителя к нам очень высокие требования, мы вместе с этой публикой растем. Мы делам серьезный акцент на просветительских программах – взять хотя бы «Повестку дня», в рамках которой за прошлый сезон у нас побывали практически все главные интеллектуалы современной России: от журналистов Юрия Сапрыкина и Романа Волобуева до архитектора Сергея Чобана и поэта Марии Степановой. А еще есть «Открытый университет», «Школа новой музыки», «Кино в театре», программы драматургической лаборатории.

"Повестка дня" с Валерием Фокиным

Фото: Фото Anastasia Blur

- А мне еще очень нравится идея магистратуры, куда могут поступить люди с дипломом бакалавра любой специальности – если они хотят приложить свои знания и усилия к театру. И, насколько я знаю, ты, Марат, этим летом набрал курс студентов…

- Да, летом я набрал актерский курс. Но еще очень важно, что каждый спектакль Новой сцены для актеров, которые входят в нашу стажерскую группу, это тоже школа, каждый раз они открывают в себе совершенно новые возможности. Например, в уже упоминавшемся спектакле «Земля» Максима Диденко на языке тела говорят драматические артисты…

- …которые в массе своей этого делать не умеют, и в институтах их этому не учат совершенно, потому что сцендвижение в наших театральных вузах – это бой, танец и, в лучшем случае, акробатика. А на выходе получается, что актеры не владеют телом, мощнейшим своим аппаратом, не понимают, как оно работает, не понимают, что любая поза на сцене – это язык, как и любой жест. Вот ты на своем актерском курсе как-то собираешься эту проблему решать? Собираешься вводить какие-то новые предметы, кроме джентльменского набора?

- Для меня это вопрос подхода. Одна история – это стандартный балетный станок, совсем другая – если танец преподает Татьяна Гордеева: хореограф, перформер, педагог, теоретик contemporary dance. С ней актеры будут исследовать природу своего тела, его выразительные возможности. Надеюсь, что это сделает их более свободными и осознанными. Если же говорить об учебных предметах, то ничего глобально я менять не собираюсь. В Театральной академии выдающийся преподавательский состав. Да, мы подробно занимаемся школой русского психологического театра. Это – основа и фундамент для осмысленного существования в профессии. А потом уже можно поработать и другие подходы -- хочется, чтобы они владели разными способами существования на сцене.

Сцена из спектакля "Земля", режиссер Максим Диденко

Фото: Фото Anastasia Blur

- В Театральной академии давно идет обсуждение идеи приглашать на мастер-классы выдающихся мастеров современного европейского театра. Чтобы в течение месяца-двух-трех признанный профессионал давал студентам свою методику. Есть у тебя такие планы?

- Конечно. Хочется, чтобы ребята встретились с разными типами театра. Даже на этапе обучения.

- Именно на этапе обучения.

- Да, и спектакли, которые будут создаваться на старших курсах, должны быть стилистически разноплановыми. Я хочу приглашать на постановки режиссеров, что называется, разных групп крови -- шор не должно быть никаких. Только максимальная свобода.

- Летом, когда мы случайно встретились, ты был в восторге от процесса вступительных экзаменов, говорил, что ребята тебя удивили в самом хорошем смысле. Чем именно?

- Мы отсмотрели полторы тысячи человек. Это поколения конца девяностых – те самые люди, выросшие в интернет-эпоху, о которых мы с тобой говорили в начале беседы. Конечно, они совсем другие. Нас приятно удивило то, что эти ребята очень начитанны.

- Правда странно.

- Я помню, в 90 годах поступающие в институт не знали, кто такой Станиславский. А эти читали Бродского, басни Эрдмана, Полозкову, Вырыпаева, много современных текстов. Они ищут. Они намного взрослее, чем были мы в 17 лет. Я наблюдаю, как они посещают занятия – не пропускают ничего! Ребята очень осознанные. На первые занятия они пришли идеально подготовленными – прочитали всё, что мы им задавали на лето.

- А что вы им задавали? Мейерхольда?

- Нет, Станиславского, Чехова. А Татьяна Гордеева задала им почитать Бориса Гройса, и это очень здорово. Сегодня не время артиста-исполнителя: современный артист – полноправный, на мой взгляд, создатель спектакля. Его внутренний мир и то, чем наполнена его жизнь, – это его профессиональный ресурс – то, что позволяет состояться роли и спектаклю. Личность артиста невозможно рассматривать в отдельности от того, что он делает на сцене. И тут перед нами встает интересная задача: разобраться, как меняются принципы развития этой личности в условиях сегодняшней жизни, я имею в виду Интернет и публичность существования современных людей в социальных сетях, когда лайк становится поступком. Нам этого, возможно, не осознать, но ребята, родившиеся в конце девяностых, с детства стали публичными людьми с опытом постоянного существования на виду. Они постоянно присутствуют в реальной жизни и еще где-то. И они с детства обладают доступом к колоссальным объемам информации обо всем.

Сцена из спектакля "Теллурия", режиссер Марат Гацалов

Фото: Фото Екатерина Кравцова

- А ты собираешься заниматься с ними тем, как обращаться с этой информацией. Гигиеной существования хотя бы в том же интернете. По-моему, это важно.

- Ты говоришь о цензуре?

- Нет, я говорю о механизмах. Как защищаться от гипноза информаторов? Как отсекать лишнее – по своему выбору? Как защищаться от атак рекламщиков и политического пиара. В современном мире ты – всегда объект, который все норовят использовать в коммерческих целях. Как не стать объектом потребления? Ты вот сам знаешь ответ на этот вопрос?

- Надо заниматься собой. В принципе профессия артиста – не говоря уже о режиссере – очень сильно связана с процессами самопознания. Чем выше степень осознанности этих процессов, тем интереснее артист. Работа артиста с собственной чувственной природой – это чудо. Если мы, конечно, говорим о процессе подлинного творческого акта на сцене.

- Мне кажется, что для сегодняшнего искусства слово «подлинный» – ключевое. Потому что очень много имитаций.

- Мы жизнь часто имитируем, не то, что жизнь на сцене. Поэтому с имитациями мы в нашей аудитории сурово боремся.

- Последний вопрос – про планы сезона.

- Сначала про театральные планы. Первая премьера – «Макбет» Кшиштофа Гарбачевского, одного из самых заметных молодых режиссеров Европы. Этой премьерой «Макбета» 25 сентября мы открыли третий сезон Новой сцены. Дальше я начинаю репетировать спектакль «Новое время» по пьесе Татьяны Рахмановой написанной по мотивам «Жизни Галилея» Брехта. В этом спектакле мне очень интересно встретиться с выдающимися артистами Александринки старшего поколения: Виктором Смирновым, Николаем Мартоном, Аркадием Волгиным, Семеном Сытником. С Семеном Семеновичем мы уже работали в «Теллурии», а вот с Виктором Федоровичем и Николаем Сергеевичем мы встретились на спектакле «Дороги», выросшем из литературной композиции для официального открытия Года литературы в Санкт-Петербурге. Премьеру «Нового времени» мы планируем в декабре. В феврале на Новой сцене впервые будет ставить Валерий Владимирович Фокин – спектакль «Сегодня, 2016». Дальше молодой режиссер Женя Сафонова начнет репетировать спектакль по прозе Юрия Мамлеева.

Проект "Дети и музыка" на Новой сцене Александринки

Фото: Фото Anastasia Blur

- А какие планируются программы?

- В «Повестке дня» 9 октября ждем Михаила Борисовича Пиотровского, а 18 ноября – Теодора Курентзиса. Очень важная для нас дата – 14 октября: на Новой сцене пройдет мировая премьера нового сочинения композитора Бориса Филановского, написанного специально по заказу нашей программы «Школа новой музыки». Вообще, музыки в этом сезоне у нас будет много, причем разной – не только новой академической, но и независимой клубной: программу по типу «MTV Unplugged» мы делаем вместе с продюсерским центром «Галерная, 20». Вообще, очень важно, что мы работаем с ведущими экспертами в различных областях современной культуры и искусства. Так, большую программу «Кино в театре» мы делаем вместе с коллегами из магазина интеллектуальной литературы «Порядок слов» – в августе Сокуров представлял у нас «Камень», а Сергей Сольвьев «Анну Каренину», в октябре ждем Игоря Минаева и Сергея Овчарова со своими фильмами.

Второй раз пройдет фестиваль «Новая пьеса для детей», на конкурс в этом году пришло свыше 100 пьес со всей страны. Огромная программа на весь год – «Современная европейская драматургия»: каждый квартал к нам приезжают европейские драматурги, и мы устраиваем читки их пьес. Уже прошли датский и эстонские блоки, в этом году еще ждем венгров, в следующем – финнов, итальянцев и чехов.

Жанна Зарецкая, «Фонтанка.ру»