Венец - делу конец: «Точка доступа» завершилась «Мокрой свадьбой»

07 сентября 2015, 18:20

Версия для печати

Tweet

Идею завершить фестиваль спектаклей в нетрадиционных пространствах легендарной «Мокрой свадьбой» Русского инженерного театра АХЕ, объехавшей полмира, трудно переоценить. Эффектные и шокирующие «картинки», умопомрачительно красивая ночная Нева, эксцентричные художники Максим Исаев и Павел Семченко, сами воплощающие свои невероятные фантазии и превратившиеся за четверть века существования театра еще и в отличных актеров – вариант беспроигрышный.

250 человек разместились в специально выстроенном партере на старом Речном вокзале на проспекте Обуховской обороны прямо у воды, еще как минимум сто безбилетников расположились на высокой набережной, гарантирующей прекрасный обзор. Те, кто столкнулись с искусством АХЕ впервые, испытали настоящий шок, наблюдая, как на фоне черной в отблесках фонарей Невы два бородача пытались поженить двух молодых людей, подвергая их невероятным испытаниям в соответствии с одним им ведомым ритуалом, которому они фанатично следовали. Жениха вытаскивали из кучи угля, на крюке подъемного крана затаскивали на самую верхотуру семиметровой конструкции, где один из бородачей, Павел Семченко, омывал его водой и осыпал чем-то, похожим на манную крупу, а затем наряжал в подобающий случаю черный смокинг. Максим Исаев тем временем занимался невестой, обстоятельно и без эмоций выполняя странные действия: стаскивая с нее одно за одним платья (кроме самого нижнего, собственно, свадебного) и предлагая выстирать их в огромных пластмассовых бочках. Попутно он же готовил пространство для торжества, голыми руками разбрасывая по набережной горящие таблетки для розжига костра и устанавливая длинный стол в деревянном квадратном резервуаре, залитом водой. За этим столом позже и случилась церемония – когда жених и невеста, чьи лица в нужный момент закрыли многослойными бумажными листами, которые в итоге оказались листами тонкого лаваша, все-таки нашли друг друга, двигаясь ощупью на звон посуды, извлекаемый церемониймейстерами. На свадьбе пролилось много воды, молока и красного вина. Пока жених, истерзанный всеми этими испытаниями, своей мучительностью сопоставимыми с обрядом инициации шаолиньских монахов, не поднес к столу факел, и стол не вспыхнул весь разом – метафора фразеологизма «Да гори оно всё!» считывалась на раз. Так что организаторам ритуала пришлось начинать все заново.

Упертые шаманы в исполнении Исаева и Семченко, которые в нелепых шапках и странных одеждах с подчеркнутой серьезностью совершали самые немыслимые действия – вроде раскладывания по набережной кусочков хлеба и яиц, а потом разбивания яиц на хлебе мокрыми плетками или натирания на терке свеклы, которую Максим Исаев при этом держал в зубах, – выглядели гомерически смешно. Графичная невеста Илона Маркарова с копной непослушных волос и в больших очках, которая все делала правильно, как отличница, и нерадивый жених Ник Хамов из числа хулиганов, чем ближе к финалу, тем больше напоминали клоунов, создающих эксцентричные образы, а не перформеров, реализующих замысел художников, как это было в «Мокрой свадьбе» прежде. Словом, помимо того, что перед нами в течение часа привычные предметы играли совершенно не свойственные им роли – к примеру, «санкционный» лосось, прибитый к доскам, таил в своем чреве очки жениха, посмотрев в которые тот, наконец, уяснил смысл происходящего и обрел свое счастье, – мы увидели еще и четырех блестящих актеров, чьи работы достойны номинаций на самые престижные премии.

В завершении катер увез вверх по Неве прекрасную пару молодоженов под звуки вальса, который театралам помнится, прежде всего, как вальс из додинских «Братьев и сестер». А гости – все, кто приобрел билеты – уселись на два кораблика и отправились на ту самую набережную Макарова, откуда прибыли к месту спектакля.

Так поздним воскресным вечером завершился фестиваль спектаклей в нетрадиционных пространствах «Точка доступа: театр в городе», который был организован (и отлично, добавим, организован) продюсерской компанией «Открытая сцена», возникшей в Петербурге менее года назад. Главными застрельщиками всех проектов здесь выступают Филипп Вулах и Андрей Пронин, которым приходят в голову весьма оригинальные идеи, раздвигающие границы представлений о театре. Это они задумали превратить почти бездействующий кинотеатр «Уран» на северной окраине Петербурга в досуговый центр нового типа, это они провели в городе первый Петербургский шоу-кейс, в рамках которого десятки театральных продюсеров, представителей театров и фестивалей из Европы и бывшего СССР отсмотрели лучшие спектакли городской театральной афиши.

Фестиваль «Точка доступа», напомним, предложил вниманию публики пять спектаклей в таких пространствах, которые к театру никогда никакого отношения не имели и в таких концах города, из которых до театров добираться приходится обычно никак не меньше часа. Например, упомянутый кинотеатр «Уран» в районе метро «Удельная» стал центром сбора участников «бродилки» «В сторону белого КАМАЗа»: за время спектакля зрители проходили пять километров по рунам, играющим роль указателей, и исследовали реальную мифологию этого спального района с удивительными, почти мистическими ландшафтами. Поверить, что какое-нибудь из затянутых ряской озер или теряющаяся в кустах заброшенная железная дорога на самом деле являются вратами в царство мертвых Аид, труда не составляло. Наоборот, местные городские пейзажи, казалось, только и ждали случая стать приметами легенд – по сравнению с ними драматургия этого променад-спектакля, надо признать, оказалась даже слишком примитивной. Видимо, потому что приглашенный драматург Всеволод Лисовский, активно сотрудничающий с «Театром.doc», привык укрощать фантазию в пользу факта.

Идея представить «Кентерберийские рассказы» Чосера в Максидоме, приставив к каждому из пятнадцати зрителей под одному проводнику, который не только дает послушать переработанную режиссером и драматургом Александром Артемовым текст новелл классика эпохи Возрождения, но рассказывает свой вариант такой новеллы, имеющей отношения к эпохе потребления – тоже была отменно хороша. С той оговоркой, что не все новейшие истории были равноценны, а кто-то из зрителей, как автор этих строк, и вовсе остался без истории и вынужден был вести диалог с собой (что тоже, впрочем, имеет свои плюсы).

Абсолютным хитом фестиваля, по свидетельству организаторов, стал спектакль «Потеря равновесия», показанный на Заводе слоистых пластиков в районе метро «Ладожская», возобновленный специально для «Точки доступа». Подлинные мемуары подводника, изложенные в стиле буффонады в масках и антураже традиционного японского театра, привлекли более всего зрителей, которые расхватали билеты задолго до окончания фестиваля. Наиболее традиционно выглядел, надо полагать, спектакль в библиотеке по стихам Бродского, хотя Бродский, Шнитке и АукцЫон, стоит признать – сочетание не самое привычное. Но главное, что шёл этот спектакль в районной библиотеке на Ленинском проспекте, где ничего подобного отродясь не бывало.

Словом, сам тот факт, что за без малого две недели фестиваля в самых удаленных от центра локациях было показано более 100 спектаклей (некоторые представлялись по пять раз в день), впечатляет и обнадеживает. В отличие от европейских стран, Россия вряд ли дойдет до того, чтобы обязывать застройщиков изначально обеспечивать и культурную жизнь в качестве антидепрессанта для многочисленных районов-муравейников, автоматически становящихся зонами риска для своих обитателей. Так что рассчитывать приходится только на энтузиастов от культуры, которые, как показывает опыт, готовы штурмовать не только «черные дыры» новых районов, но также и огонь, и воду.

Жанна Зарецкая, «Фонтанка.ру»