Художественная литература как экстремальный вид вождения

31 мая 2015, 03:34

Версия для печати

Tweet

В издательстве Corpus вышел дебютный роман культового канадского кинорежиссера Дэвида Кроненберга, в котором двукратный Каннский лауреат, создатель «Мухи», «Мертвой зоны» и «Видеодрома» разрушает границы между кинематографом и литературой.

Первые ощущения от знакомства с дебютным романом Дэвида Кроненберга «Употреблено» напоминают поездку по скоростной трассе на дорогом автомобиле – надежное сцепление шин с асфальтом, стремительно расширяющаяся глубина пейзажа, отсутствие каких бы то ни было отвлекающих факторов позволяет получить максимальное удовольствие от поездки. Из этой книги, как из идущей на полной скорости машины, выпрыгивать совсем не хочется (да и кому вообще такое в голову придет?), желание только одно: откинуться на пассажирское кресло, и чтобы дорога подольше не кончалась. Когда через некоторое время окажется, что за рулем сидит самый настоящий псих, просить об остановке будет уже поздно, но он и не послушает. Приступая к чтению, не забудьте пристегнуть ремень безопасности, он вам непременно пригодится.

Впрочем, если вы видели хотя бы один фильм Кроненберга, то примерно знаете, к чему себя готовить. Секс, насилие, каннибализм, психологические девиации, кафкианские метаморфозы – вот лишь небольшой перечень аттракционов, которые приготовил автор благодарному читателю. Все это уложено в увлекательный сюжет о параллельном расследовании, которое ведут молодые журналисты Натан и Наоми, с легкостью перемещаясь из одной точки земного шара в другую. Географических границ для них не существует вовсе: увидеться и поговорить можно в скайпе, а если хочется по-быстрому переспать друг с другом, всегда найдутся транзитные авиарейсы и гостиницы в аэропортах.

Фото: издательство Corpus

Натан пишет статью о венгерском хирурге Золтане Мольнаре, специализирующемся на экспериментальных и по большей части незаконных операциях. Наоми пытается разобраться в причинах зверского убийства, произошедшего в семье пожилых философов Аристида и Селестины Аростеги, преподавателей Сорбонны – по слухам, муж убил жену и съел, а потом сбежал в Японию. Ни дать, ни взять – ладно написанный детектив с уместным количеством жутких подробностей, чтобы держать читателя в напряжении. Но в определенный момент, когда истории героев, конечно же, пересекаются, повествование начинает разветвляться и происходящее принимает оттенок форменного безумия. От присутствовавшей до сих пор привычной сюжетной логики не остается ровным счетом ничего. На этом пока остановимся, чтобы сохранить интригу.

Один из основных лейтмотивов «Употреблено» – своеобразные взаимоотношения человека и всевозможных технических гаджетов, ставших неотъемлемой частью жизни среднестатистического потребителя. Цифровой эксгибиционизм, захвативший общество, не чужд и героям романа: они постоянно фотографируют самих себя, выкладывают снимки в открытый доступ или же просто посылают друг другу, оставляя в глобальной сети электронный след, испытывая при этом не только эмоциональное, но и вполне конкретное физическое возбуждение. Для Натана и Наоми не существует другой памяти, кроме той, что исчисляется в гигабайтах, хранится на жестких дисках и флэш-накопителях; события всегда происходят в прошлом, когда они пересматривают (не)пережитое на экранах своих ноутбуков; самый верный способ проверить, насколько реально то, что ты видишь – заснять на камеру. Натан и Наоми находятся в беспрестанном процессе фиксации моментов жизни, которые больше им не принадлежат, они люди, лишенные настоящего времени.

Точно такая же подмена происходит и в отношениях, когда, перезваниваясь или переписываясь из разных точек планеты, они наивно полагают, что им удалось перехитрить пространство. Однако вместо лица у каждого – пиксели, вместо улыбки – смайлик, вместо человека – иллюзия присутствия.

Именно этой иллюзорностью восприятия не раз воспользуется автор, уводя героев (и читателя заодно) все дальше из мира реального в некое подобие его 3D-модели, где верность трактовки зависит не от усвоенного контекста, а от качества передачи сигнала. Жизненная философия молодых людей, их подход ко всему, начиная от банальных бытовых вопросов и заканчивая областью метафизики, будет подвергнута сомнению, а потом и вовсе разрушена подчистую. Они – просто дети, обложенные кучей гаджетов, ничуть не приблизивших к пониманию тех самых вопросов, ответы на которые, как им казалось, надежно спрятаны в их общих файлообменниках.

Один пытался разобраться в особенностях экспериментальной медицины, а другая – расследовать жестокое убийство. В итоге оба оказались впутаны в конспирологический заговор властей Северной Кореи, куда попутно также вовлечены лучшие умы Европы, в том числе доктор Мольнар и супруги Аростеги. Убитая Селестина оказывается вполне себе живой и теперь находится в Пхеньяне. Аристид в определенный момент умирает, но вроде как не по настоящему. И след его тоже теряется где-то на подвластных Ким Чен Ыну территориях. То есть метафора понятна – после смерти интеллектуалы попадают в Северную Корею.

Однако шутки в сторону. Если Селестина жива, то откуда взялся труп, который парижская полиция обнаружила расчлененным и обглоданным в холодильнике на ее собственной кухне? (Результаты ДНК полностью совпали.) И как быть с телом беглого Аристида, которое нашли и опознали на улице Токио? (По слухам, старик умер от кровоизлияния в мозг.) Вопросы не риторические, и ответы на них вы найдете в книге. А также вас ждет: драка членов жюри на Каннском кинофестивале, нашествие насекомых-убийц и малоизвестное науке заболевание, которое удалось победить еще в ХХ веке, но оно парадоксальным образом снова с нами.

Словом, весь классический Кроненберг под одной обложкой. Так что назвать его роман дебютным можно с большой натяжкой. Все тот же рассказчик, с киноэкрана переместившийся на печатную страницу. Безумный гонщик, садиться в одну машину с которым чревато непредсказуемыми последствиями. Но если уж решились, пеняйте только на себя – педаль тормоза в его спорткаре просто-напросто отсутствует.

Сергей Кумыш, «Фонтанка.ру»