
Наперекор эпохе: памяти Евгения Татарского

23 февраля не стало Евгения Татарского — одного из последних представителей лучшего поколения ленинградского кино, автора «Принца Флоризеля», «Золотой мины» и еще многого, без чего не представить себе 70-е, 80-е, 90-е, которые Татарский принципиально не отражал, а преображал, понимая кино как магию.
Одновременно с ним на той же студии работали Герман, Аранович, Аристов, Авербах. Татарский — наверное, и последний, и самый необычный в этой когорте. Его фильмография — сплошь что-то такое, чего до него здесь никогда не снимали. Шпионский психологический триллер «Золотая мина» – образцовый, мощный, с шиком и лоском. На волне англомании позднего застоя — эффектные «Приключения принца Флоризеля». А еще — первый вампирский хоррор «Пьющие кровь», первый успешный «основанный на реальных событиях» – «Тюремный романс». Первые, наконец, народные сериалы – «Убойная сила» и «Улицы разбитых фонарей». Это все он.
Татарский снимал, как будто ничего и никого вокруг не было. Его фильмы — все — вне контекста или в жесткой конфронтации с ним. Пусть и имел режиссер за плечами школу ассистентства у Хейфица, он ни на кого не был похож. Дебют – «Золотая мина» – лакированный, эффектный фильм, вышел в эпоху сплошь тоски, рефлексии и мрака. Пленка шосткинского химкомбината — зернистая, корявая — приобрела блеск и чистоту «Кодака», премьеры Даль и Полищук вдруг оказались голливудскими белозубыми красавцами (никогда они больше так эффектно на экране не выглядели). Татарский все это каким-то чудом, из подручных средств соорудил в своем 1977-м.
Вроде бы вполне внутри ленфильмовской, на волне «Холмса», англофилии и эскапизма существовал «Флоризель» – но и там было больше ритма, стиля, света, чем дозволено негласным ГОСТом. Там не кэбы, камины и сливочники — там бандиты всех сортов, опасности на каждом шагу, попугаи в оранжерее. Экзотика, в общем — капище всего невероятного. Не Лондон для бедных, а волшебная страна, сооруженная магией кино. В эту магию Татарский верил, как мало кто — верил в силу преображения, в фантазию.
Особенно это было заметно в его лентах начала девяностых — когда все кинулись снимать про реальность, как она есть, заболели правдой и документом. А Татарский в парке Александрино сочинял русскую готику, визуализировал вампирскую новеллу Алексея Толстого среди новодельного ампира. И снова, пока у других меркло — у него сияло и переливалось. Даже когда реальность до Татарского-таки добралась.
Случилось это в самое глухое время. Тогда снимали разве что на деньги банков и финансовых пирамид, и то с трудом. А тут — «Тюремный романс», кино по горячим следам, голливудской такой выделки остросюжетная история про то, как следователь влюбилась в рецидивиста и пыталась помочь ему сбежать из «Крестов». Реальность была нужна только чтобы превратить ее в шоу, в пеструю ленту. Так делают в Штатах — но не по эту сторону океана. Тут так не умеют. Татарский — умел.
С конца девяностых Татарский занимался сериалами — сделал несколько серий «Улиц разбитых фонарей» и придумал «Убойную силу». Вывел, в общем, универсальную формулу, которая вроде бы оказалась вечной. Сочетание сериальной завлекательности и правды-матки. Комических персонажей-недотеп и героических ситуаций, в которые они помещены. Открыл, наконец, для кино Хабенского и еще вереницу разных характеров, лиц, актеров.
У того ленфильмовского поколения, которому Татарский принадлежал, была потрясающая энергия. Была школа, была концентрация талантов на квадратный метр. Были родовидовые признаки. Умение создавать чудеса из ничего — лепить на Петроградской Бейкер-стрит и снимать в социалистическом захолустье лощеный экшн. Умели говорить на своем языке — когда звук речи и шумы сливаются в один поток, когда глубина кадра создает многофигурные композиции, а реальность экранная засасывает в себя навсегда. Теперь же эти цифра глубины кадра не знает. «Звук вокруг» не позволяет соединять стук в дверь и патетический монолог в один поток. Художник – в лучшем случае – отражает малопривлекательную действительность. А чудеса остаются во вчерашнем дне. В частности – в «Зазеркалье» Евгения Татарского.
Иван Чувиляев, специально для «Фонтанки.ру»
Разговор с колодцем, призраки водного калейдоскопа, безумное чаепитие и ядерный реактор. Как проходит «Ночь света в Гатчине»
Новости
29 апреля 2025 - Свет, цвет и эклеры. Что делать в Эрарте на майские праздники
- 29 августа 2025 - Скончался крупнейший специалист по Петербургу Достоевского Борис Тихомиров
- 29 августа 2025 - Михаил Пиотровский рассказал о предстоящем награждении дирижера Теодора Курентзиса
- 28 августа 2025 - Вместо учебы — в музей. Эрмитаж позвал учащихся на бесплатный день
- 28 августа 2025 - Музей искусства Санкт-Петербурга XX–XXI веков рассказал, когда откроет первую выставку в новом здании
- 27 августа 2025 - «Эдем» с Джудом Лоу и Аной де Армас не выйдет в российский прокат
Статьи
-
29 августа 2025, 08:00Эти выходные плавно подводят нас к осени, но это не повод для грусти: отмечаем скорую смену сезона бесплатными танцами под открытым небом с оркестром «Северная симфония» под управлением Фабио Мастранджело, гуляем по юго-западу Петербурга в компании современных художников, отводим детей на нескучный День знаний в Летнем саду и отправляемся в музеи, где стартовало множество новых выставок.
-
29 августа 2025, 16:19Родион Щедрин — редкий случай нашего современника, ставшего классиком при жизни: его оперы и балеты шли в ведущих театрах страны, а в день его смерти было объявлено, что оставшиеся три дня лета с 12:00 до 18:00 фойе Новой сцены Мариинского театра будет открыто для возложения цветов в память о нем. «Фонтанка» вспоминает композитора, сумевшего и написать веселый марш монтажников для народа и раскрыть тонкие струны души в операх «Очарованный странник» и «Левша», и не стесняться того, что за женитьбу на Майе Плисецкой его называли «Салтыков-Плисецкий».
-
28 августа 2025, 20:24Словосочетание «Братья Стругацкие» стало уже таким привычным, что кажется, будто оно означает неразделимое целое, исправно выдающее из себя все эти невероятные миры — Страну багровых туч, средневековый Арканар, мрачный Саракш, непознаваемую цивилизацию Странников, немыслимую Зону… Имелась даже шуточная теория, что это был один человек, «называвший себя то Аркадием, то Борисом, в зависимости от того, в каком городе появлялся. Вместе-то их за всю жизнь видели считаные разы»… Но шутки шутками, а братья — старший Аркадий, и младший Борис — были очень разными, дополнявшими друг друга как раз за счёт своей особости, уникальной яркости. Без этого не было бы такого творческого единства. Вспоминаем 10 важных фактов из жизни Аркадия Натановича.
-
28 августа 2025, 09:18Фестиваль в формате городского праздника «День Д» (12+), посвященный жизни и творчеству Сергея Довлатова, пройдет в Петербурге 30 и 31 августа. В его программе — полсотни мероприятий: лекции, спектакли, мастер-классы, экскурсии, кинопоказы, шахматный турнир и даже «пьяный диктант». В этом году они объединены темой «Ленинград Довлатова. Дружеские круги и стили жизни», а слоган всего фестиваля — «В любой ситуации необходима минимальная доля абсурда». «Фонтанка» рассказывает о самых ярких мероприятиях фестиваля.
-
22 августа 2025, 00:00