Ђя, или Ѕог, или никтоЕї: заметки на пол€х Ђћаскарадаї ‘окина-ћейерхольда

07 феврал€ 2015, 20:22
¬ерси€ дл€ печати ¬ерси€ дл€ печати

—пектакль «¬оспоминани€ будущего», поставленный ¬алерием ‘окиным в јлександринском театре по мотивам драмы Ћермонтова «ћаскарад» и одноименному спектаклю ћейерхольда 1917 года, впервые был сыгран на публике в сент€бре. » тогда иде€ воссоздать до нюансов, хот€ и фрагментарно, легендарный мейерхольдовский спектакль, казалась неодолимо утопичной. «а прошедшие полгода спектакль не то чтобы «дорос» до режиссерской идеи, он доказал магическую силу конкретных старых форм. Ёто живой и мощный по воздействию опыт. » неизменно аншлаговые залы – тому подтверждение.

ѕритом, что автор этих строк €вл€етс€ абсолютным приверженцем форм новейших, не признать победу театра и дерзкого, отважного эксперимента јлександринки сейчас уже невозможно. —уть опыта состо€ла в том, чтобы частично – на уровне нескольких сцен – но внутри каждой сцены подробнейшим образом воссоздать спектакль столетней давности: тот «ћаскарад», который вышел в роковой дл€ отечественной истории день, 25 феврал€ 1917 года. ¬ тот день случайно залетевша€ в фойе пул€ убила студента, а на сцене безраздельно царил век XIX и ослепительна€ симфони€ занавесей – сцена буквально оделась в костюм, занавесы были не просто функцией, они выстраивались в эффектную перспективу, нависали разноцветными волнами сверху – это был нездешней красоты театральный мир, выстроенный усилием воли нескольких выдающихс€ театральных художников: прежде всего, режиссера ћейерхольда, художника-«мирискусника» √оловина, артиста ёрьева, композитора √лазунова. “огда, в 1917 году ћейерхольд тоже произвел реконструкцию – зрители шли не только на историю јрбенина и Ќины, «музейна€» составл€юща€ спектакл€ была не менее значительна: во времена, когда из дома-то было страшно выходить, люди отправл€лись в јлександринку увидеть давно исчезнувшую роскошь. » красавец ёрий ёрьев со сцены говорил так, как никто со сцены в начале XX не говорил. ќднако неожиданно спектакль попал в самое сердце современной ему ситуации: траурный занавес финального акта закрылс€ над имперской –оссией. »менно так восприн€ли спектакль современники. ¬алерий ‘окин, зан€вшись театральный археологией, в данном случае, столкнулс€ с двум€ историческими пластами: столетней и двухсотлетней давности – вступил в диалог с ћейерхольдом и с Ћермонтовым, и соотнес с современностью каждого из них.

ќттолкнулс€ ‘окин от «ћузе€ русской драмы» – той уникальной коллекции костюмов, реквизита, элементов декораций, котора€ копилась в јлександринском театре все годы его существовани€, начина€ с 1832-го, но лишь после глобальной реконструкции 2001 – 2003 годов стала доступной зрителю: каждый желающий перед спектаклем может посетить музей, расположенный на уровне 2 €руса, и увидеть реальные вещи ёрьева и инсталл€цию финального «траурного» акта, а также маски, лорнетки, узенькие перчатки и туфельки (которые сейчас выгл€д€т почти игрушечными) и еще тыс€чу мелочей, которые восхищают ювелирной тонкостью исполнени€ и небывалым по нашим временам из€ществом. ј еще там – в музее – в огромных стекл€нных витринах сто€т манекены в костюмах. ¬от именно эти витрины и станов€тс€ главными элементами ритуального пролога, который должен перенести публику из насто€щего времени на сто и двести лет назад. ¬се громче звучит стук колес невидимого поезда (видимо, призванного сыграть роль машины времени), из зала на сцену по-юношески легко взлетает народный артист –оссии Ќиколай ћартон в классическом сегодн€шнем костюме и с целлофановым пакетом с брендом известного супермаркета. ќднако из авоськи он достает нечто неожиданное и пугающее: белую италь€нскую бауту – она же знаменита€ «маска смерти», надевает ее и мгновенно становитс€ совершенно не узнаваем. »менно в этой маске, по версии ћейерхольда, не Ћермонтова, должен был по€витьс€ «в маскераде» Ќеизвестный, приехавший специально, чтобы отомстить јрбенину. ќднако зритель будет безошибочно узнавать ћартона – голос этого артиста не спутаешь ни с чьим.

Ќиколай ћартон в роли Ќеизвестного в спектакле
Ќиколай ћартон в роли Ќеизвестного в спектакле "¬оспоминани€ будущего", јлександринский театр, режиссер ¬алерий ‘окин

‘ото: ѕресс-служба јлександринского театра

ј пока из люка бесшумно подниметс€ на пустую сцену втора€ смерть – эта, верно уж, насто€ща€, и несколько витрин с запертыми в них масками – арлекинами, коломбинами, цветочницами, всевозможными дамами и кавалерами. » зритель какое-то врем€ будет гадать, живые это артисты или манекены – настолько стильно, театрально, не по-сегодн€шнему смотр€тс€ эти «маски» в «черном кабинете» сцены. ƒальше из сценических недр подниметс€ еще одна витрина, в которой окажутс€ два зеркал€щих друг друга человека в строгих черных сюртуках. «атем один из них выйдет из-за стекла на сцену, оставив музею своего воскового двойника, тут же из люка возникнет неподвижна€, как изва€ние, молода€ женщина, и этот статный герой (в нем довольно мудрено с первого взгл€да признать ѕетра —емака, ведущего артиста Ћьва ƒодина – и даже не из-за черного паричка с завитком лбу, а из-за несуетной многозначительности пластики и мимики) будет долго вгл€дыватьс€ в еЄ лицо. ј потом отправитс€ в глубину сцены, куда только что стайкой упорхнули маски. ¬се эти беззвучные и непрерывные движени€ людей и объектов (стоит оценить безупречную работу сценической машинерии) воздействуют без преувеличени€ магически – пустое пространство сцены наполн€етс€ собственно театром, другой реальностью, котора€ не отражает жизнь, а эстетски ее преображает – до безупречности форм, до балетной выверенности движений, хот€ «балетом в јлександринке» некогда был назван старорежимным критиком совсем другой спектакль ћейерхольда.

ѕетр —емак в роли ≈вгени€ јрбенина в спектакле
ѕетр —емак в роли ≈вгени€ јрбенина в спектакле "¬оспоминани€ будущего", јлександринский театр, режиссер ¬алерий ‘окин

‘ото: ѕресс-служба јлександринского театра

“акой пролог сразу предполагал проблему, св€занную с необходимостью встроить в эту абсолютную театральную красоту человека, актера со всем его несовершенством. “ем более, что художник —емен ѕастух поработал выдающимс€ образом, соорудив чарующие сценографические коллажи из элементов декораций мирискуссника јлександра √оловина. ѕерспектива красно-сине-черных кулис, чей рисунок рифмуетс€ с ромбами на костюме јрлекина, и свисающие с потолка ламбрекены тех же оттенков играют роль временнќго коридора, который соедин€ет век нынешний и век минувший: реальный бархатно-золоченый зал императорского театра и тот исторический зал, который отображаетс€ на заднике в кадрах черно-белой хроники. —егодн€шний зритель, по замыслу театра, должен увидеть нечто напоминающее «ћаскарад» 1917 года, нечто подобное той красоте, котора€ век назад могла заставить публику забыть о революции, как минимум, на несколько часов. ћейерхольд тогда нашел актера, ёри€ ёрьева и небудничную даже не интонацию – декламацию, уместную в тех интерьерах. —овременный историк театра, профессор јлександр „епуров, ставший полноправным соавтором нынешнего спектакл€, называет работу ћейерхольда с голосом артиста не просто стилизацией классической манеры произнесени€ текста, а орнаментальной декламацией – такой же «маской», но дл€ голоса. ¬ «¬оспоминани€х будущего», прежде —емака, слово получает ёрий ёрьев.

–азумеетс€, самого актера в живых давно нет, но остались аудиозаписи его работы в «ћаскараде». » когда, слыша эти мгновенно заполн€ющие пространство сочные юрьевские стихотворные реплики, окончательно увер€ешьс€, что сегодн€ так говорить невозможно, ровно те же слова и совершенно тот же насыщенный баритон произносит вновь, но уже без «патефонного шума» в режиме реального времени. ¬ игру вступает јрбенин – —емак. –ежиссер музыкально-интонационной партитуры (так представл€ет этого человека программка) »ван Ѕлагодер произвел неверо€тную работу, реконструировав декламацию ёрьева-ћейерхольда как музыкальное произведение. ќбладатель редкого низкого, бархатного голоса ѕетр —емак буквально по нотам «пропевает»: «Ќу, вот и вечер кончен — как € рад. ѕора хот€ на миг забытьс€…». “ут надо сказать, что эта перва€ реплика готовитс€ всем предыдущим ходом спектакл€, вплоть до второго выхода јрбенина, обставленного как отдельный ритуал – ритуал по€влени€ геро€. ¬прочем, √еро€ тут надо написать с большой буквы. ќн поднимаетс€ по невидимым ступен€м в глубине сцены, а смотритс€ этот так, словно јрбенин выходит из-за горизонта. ќтчего пространство спектакл€ начинает восприниматьс€ как модель мироздани€. ” этого мироздани€ – свои законы и свой ритм – тот самый размеренный ритм, в котором перемещаютс€ по наклонному планшету аутентичные слуги в ливре€х и пышных белоснежных париках, вынос€ предметы мебели – п€ть кресел и столик (остальное теперь уже легко домысливаетс€ – особенно, если зритель успел-таки забежать в музей).  ак известно, √оловин все предметы сделал чуть большими по размеру, чем в реальности и, полагаю, театр эту особенность сохранил. ѕотому что мир на сцене несравним с реальным – это практически друга€ планета под стать другому герою, разительно отличающемус€ по масштабу от современника. » тут надо отдать должное уже ‘окину: режиссерска€ архитектоника нигде не дала перекоса, и потому грандиозный механизм спектакл€ пришел в движение – сложилась истори€. Ќо не романтическа€ истори€ об ќтелло XIX века, а трагическа€ притча о человеке, который от природы наделен исполинскими чувствами и переживани€ми и в итоге находит себе единственного достойного собеседника. ¬ финале, в «траурном акте», когда над сценой и над јрбениным сгуст€тс€ черные облака ламбрекенов, он так спокойно, так буднично поднимет глаза вверх и спросит кого-то, видимого одному ему: «я говорил тебе, что ты жесток?»

—цена из спектакл€
—цена из спектакл€ "¬оспоминани€ будущего", јлександринский театр, режиссер ¬алерий ‘окин

‘ото: ѕресс-служба јлександринского театра

ѕетру —емаку дл€ этой роли пришлось осваивать новый принцип взаимодействи€ c ролью: двигатьс€ к герою не от себ€, а от формы, как это делают хорошие оперные артисты. » эти певучие реплики, и эти живописные позы – надо видеть, как —емак стоит в центре сцены вполоборота, выставив вперед правую ногу и скрестив руки на груди – сработали и вызвали к жизни невиданные прежде у этого артиста переживани€, в то же врем€, на удивление достоверные. ћейерхольдовска€ биомеханика сработала.  ажетс€, ни один российский актер, кроме —емака, не мог бы сыграть эту историю так мощно и с такой эмоциональной пронзительностью, чтобы именно этот герой, его страдани€ стали мерой всех вещей (хот€, должна признатьс€, второго исполнител€ это роли, ƒмитри€ Ћысенкова, € не видела).

ѕетр —емак в роли ≈вгени€ јрбенина в спектакле
ѕетр —емак в роли ≈вгени€ јрбенина в спектакле "¬оспоминани€ будущего", јлександринский театр, режиссер ¬алерий ‘окин

‘ото: ѕресс-служба јлександринского театра

“ут же важно заменить, что истори€ как такова€ начинаетс€ с третьей сцены первого акта – с момента возвращени€ јрбенина с бала. Ќюансы интриги с потер€нным браслетом ¬алерию ‘окину не важны – его интересует только јрбенин крупным планом. «ритель знает только то, что знает јрбенин – и смотрит на мир его глазами. » как тут не вспомнить грандиозный, предопределивший на целый век развитие театрального авангарда спектакль английского модерниста и безусловного гени€ Ёдварда √ордона  рэга «√амлет», поставленный им в 1911 году в ћосковском художественном театре. “ам тоже был √амлет – и остальные. јктер ¬асилий  ачалов страшно мучилс€, задыхалс€ в символистском крэговском вакууме, но в истории театра за его датским принцем прочно закрепилась характеристика первого ницшеанского сверхчеловека, по€вившегос€ на мировых подмостках. ќстались зафиксированные в мемуарах обиды актрисы јлисы  оонен, будущей звезды  амерного театра (ныне московский “еатра им. ѕушкина), котора€ мечтала играть ќфелию героической страдалицей, но в концепции  рэга должна была выгл€деть существом с куриным мозгом и примитивными представлени€ми о счастье и браке: в итоге така€ ќфели€, не способна€ ни пон€ть, ни оценить величи€ √амлета, невольно становилась орудием его убийства в руках его врагов. —тоит оценить техничность работы молодой актрисы јлександринки ≈лены ¬ожакиной, играющей в «¬оспоминани€х будущего» Ќину: она строго, по-взрослому, с точным пониманием задач дозирует эмоции и чувства, двум€ штрихами показывает влюбленную светскую молодую даму, котора€ в порыве нежности будет прижимать к щекам руки мужа и тут же капризно вып€чивать нижнюю губку, обижа€сь на подозрени€. ќна так и исчезнет бабочкой, сгоревшей в огне, не в состо€нии пон€ть, какой вулкан разбудила ее проста€ женска€ беспечность, и вызвав самый минимум сочувстви€.

ќсновна€ волна откликов достанетс€ јрбенину, ибо ѕетр —емак в самом деле сыграл театрального геро€, «каких теперь не делают». ¬ прологе второго акта ‘окин совершит этакое «сальто мортале» – выпустит —емака, уже без парика, в белой пом€той рубашке к микрофону перед закрытым занавесом: читать монолог современного женоубийцы, написанный молодым артистом и режиссером ¬ладимиром јнтиповым. «я давно хотел ее убить. я ведь знал про них с ћишкой»… и дальше про то, как душил, расчлен€л, пр€тал, но вывезти не успел. » это «концертное исполнение» текста современника-питекантропа обозначит неодолимую пропасть между двум€ убийствами, героем «документального театра» и √ероем Ћермонтова-ћейерхольда.

‘инальна€ сцена спектакл€
‘инальна€ сцена спектакл€ "¬оспоминани€ будущего", јлександринский театр, режиссер ¬алерий ‘окин

‘ото: ѕресс-служба јлександринского театра

¬ финале замечательно несентиментальной, возвышенно театральной истории о трагическом перешептывании человека с судьбой на сцене остаютс€ только √ерой, —мерть в белой бауте и ћейерхольд, в рамках этого мироздани€ играющий роль —оздател€. Ёто и есть три главных действующих лица спектакл€ ¬алери€ ‘окина «¬оспоминани€ будущего. ћаскарад». ћейерхольд ст€гивает с головы портретную маску и оказываетс€ артистом Ќиколаем ћартоном. —емак выходит на поклоны, а на планшете сцене остаетс€ лежать его недвижный восковой двойник. » тотальна€, звен€ща€ черна€ пустота раздетой до кирпичей александринской сцены и замерша€ на ней —мерть выгл€д€т даже не пророчеством, а натуральным кошмаром наших дней.

∆анна «арецка€, «‘онтанка.ру»

 

Ђ«десь есть лючок...ї Ёрмитаж открыл дл€ публики церковь, где реставрировали Ђƒанаюї

ѕосетители Ёрмитажа, покупающие билет на второй маршрут, с 5 ма€ могут увидеть еще один роскошный зал, доселе недоступный: после реставрации открылась ћала€ церковь «имнего дворца. Ђ‘онтанкаї загл€нула туда среди первых и узнала ее секреты.

—татьи

>