В МДТ отметили юбилей народной артистки России Татьяны Щуко

09 сентября 2014, 11:40

Версия для печати

Tweet

Татьяна Владимировна Щуко – дочь того самого Владимира Щуко, который придумал герб БДТ с масками и оформил в Большой драме немало спектаклей, – поначалу пыталась обойтись в жизни без театра и поступила на филологический факультет ЛГУ. Но, разумеется, тут же оказалась в университетской театральной студии, откуда на большую сцену пришло немало филологов, математиков, физиков. После года в Петрозаводской драме вернулась в Петербург и поступила в Театр на Литейном, где проработала больше сорока лет и сыграла более 60 ролей. Режиссеры видели в ней, прежде всего, характерную актрису эксцентричного дарования и темперамента. Казалось бы, вот вам и актерская судьба – счастливая и состоявшаяся. Но в 2001 году ученик Льва Додина Игорь Коняев берется за «Московский хор» Петрушевской, приглашает Татьяну Щуко на главную роль – и в 2002-м Щуко переходит в Малый драматический театр.

«Московский хор», при всем обилии действующих лиц, имеет стержневой образ. Это глава огромной семьи, старуха Лика, которая изо всех сил пытается собрать жизнь и семью, разоренную войной и беспощадной историей середины XX века. И собирает – но ценой, увы, новых жертв. Татьяна Владимировна Щуко, войдя в совершенно иную, додинскую эстетику (Лев Додин на каком-то этапе подхватил работу ученика, стал художественным руководителем постановки) создала героиню монументальную при всей ее внешней субтильности и душевной ранимости, сыграла разом и несгибаемую некрасовскую русскую женщину, и невероятно тонкую и виртуозную актрису по жизни, и режиссера со звериным буквально чутьем. Режиссера тоже, конечно, условного, для домашних, но с теми затратами, что хватило бы на постановку грандиозной эпопеи. Она то лавировала между нагромождениями мебели, то вышагивала поступью полководца в сыновней шинели, то «слепла», на самом деле обладая зоркостью ястреба. В итоге Лика-Щуко и побеждала (формально), и проигрывала – раздробленная, несчастливая семья со всеми ее нескончаемыми коммунальными дрязгами превращалась-таки в стройный хор, но этот хор тянул свои идеальные классические ноты над недвижным телом сына Лики Саши. Саша не умирал физически, но получал удар, от которого не оправляются. Но даже эта разбитая человеческая судьба отходила на второй план, а на первом оставалась Лика в длинной белой рубахе. Она стояла лицом в зал и пела вместе со всеми – невероятно худая, прямая, как струна, мать, пожертвовавшая самым дорогим ради сохранения того, что казалось ей более важным и значительным. Ее тонкое лицо в тот момент заслоняло собой всю гигантскую декорацию и всех людей на ней – в выражении этого лица не было отчаяния и боли, была какая-то потерянность, но уже через несколько секунд, по мере того, как хор набирал силу, на лице Лики проступало выражение уверенности в оправданности жертвы.

Как ни страшно это звучит. Татьяна Щуко, играя Лику трагически, умудрялась заставить задуматься о том, как это нечеловечески сложно играть роль духовного лидера для себе подобных. Во всяком случае, осудить героиню было невозможно.

Придя в МДТ, Татьяна Щуко не отказалась от своего фирменного гротеска, но за ним обнаружились трагические бездны. И ее «галка-маман» в «Дяде Ване», творящая себе кумира из бывшего зятя Александра (мужа покойной дочери) и с фанатизмом весталки этот образ пестующая. И ее Анфиса, няня чеховских трех сестер, животным чутьем различающая опасность в Наташе и пытающаяся в меру сил и понимания, не задавая лишних вопросов, уберечь девочек Прозоровых.

В прошлом сезоне в МДТ родился еще один спектакль, в котором абсурд Петрушевской, благодаря игре Татьяны Щуко и ее не менее уникальной партнерши Татьяны Шестаковой, выглядит непроглядно-безысходной российской реальностью. В МДТ у Щуко не было ролей без внутренней, глубинной трагедии, но и не было ролей без роскошного, изумительного актерства. А Диана из спектакля «Он в Аргентине» и по профессии – актриса. Не уходя со сцены, и даже не вставая с садовой скамейки, Щуко разыгрывала детективный сюжет, затягивая зрителя в свои шарады, не хуже Агаты Кристи, но с умопомрачительными интонациями, вдруг переворачивающими историю с ног на голову. Собственно, из этих четырех ролей, сыгранных на сцене додинского театра, можно вывести «рецепт Щуко», в каком-то смысле, панацею от отчаяния: когда трагедия подступает вплотную, надо собрать все силы и идеально со всеми нюансами и подробностями сыграть роль, отпущенную тебе судьбой.

Стоит добавить, что после премьеры «Московского хора» артисты-исполнители главных ролей так и продолжают в жизни, называть друг друга «мать», «сын», «дочь». И хотя у Татьяны Щуко в этом театре работает родной сын, актер Александр Кошкарев, сценический сын Сергей Власов иначе как «мать» к ней не обращается. Как и сценическая невестка Татьяна Рассказова. Видимо, и в повседневности инстинкт семейственности Татьяны Щуко обладает исключительной силой. И поскольку актеры, как известно, более всего ценят поздравления коллег, «Фонтанка» попросила Татьяну Рассказову поздравить «свекровь»:

- Несравненная Татьяна Владимировна! Любимая Лика! Дорогая моя Мамуля! Поздравляю тебя с Днем рождения!!! Поздравляю, поздравляю и поздравляю! Ты удивительная актриса, тонкая, нежная, смешная, трагическая! Я желаю тебе здоровья, сил и долгих лет! Надеюсь на новые встречи на сцене! И люблю, люблю, люблю! Твоя невестка Эра! И благодарный и счастливый партнер по сцене – Татьяна Рассказова.

Жанна Зарецкая, «Фонтанка.ру»