
Пять несвоевременных книг про Блокаду

Память — главное историческое достояние человечества. Так случилось, что одной из главных тем летописи нашего города стали нечеловечески тяжелые годы блокады Ленинграда. Правда и то, что очевидцы и участники этих событий стремительно уходят, оставляя нас незащищенными от посягательств на память и правду об испытаниях, которые довелось пережить ленинградцам. К счастью, Алесем Адамовичем и Даниилом Граниным создана «Блокадная книга», не позволившая тем дням окончательно застыть в официозном и бездушном бетоне «торжественных мероприятий». «Фонтанка» решила напомнить читателям, с какими еще книгами про подвиг города на Неве можно познакомиться — чтобы увидеть картину не из учебника.
Чтение лучше всего начать с книги, которая на Западе была признана наиболее достоверным и тщательно собранным собранием фактов, свидетельств и документов о Блокаде — работе лауреата Пулитцеровской премии Гаррисона Солсбери «900 дней». Американский журналист, бывший в военные годы корреспондентом агентства ЮПИ в Советском Союзе, собирал материал непосредственно в Ленинграде в 1944 году. Книга вышла в США в 1969 году, в России же была издана только в 1994-м., что неудивительно: труд сразу был расценен в СССР как антисоветский. Могло ли быть иначе, ведь речь шла об авторе, известном своим афоризмом «В России историю следует издавать в виде блокнота, в котором легко изъять любую страницу и заменить ее новой»?

Фото: http://www.libex.ru
Текст, который готовился писателем четверть века, не только изобилует примерами страданий осажденного города — едва ли не впервые широким читательским кругам стали доступны сведения о случаях людоедства среди рядовых жителей и просчетах высшего и городского руководства. Вот один из красноречивых отзывов про работу Солсбери — известный партиец Степан Бардин в своей книге «...И штатские надели шинели» пишет: «Гаррисон Солсбери так рисует положение в осажденном городе на Неве, что выходит, будто ленинградцы были брошены на произвол судьбы, предоставлены самим себе, что Советское правительство само-де стремилось уморить голодом жителей этого великого города. Более злобной, более бесстыжей клеветы придумать невозможно. Мы, участники героической защиты Ленинграда, живые свидетели, отвергаем подобные измышления и расцениваем их как преднамеренное искажение действительности. Мы заявляем, что Ленинград выстоял и победил потому, что ему помогала вся страна, потому, что Центральный Комитет партии и Советское правительство повседневно заботились о ленинградцах, умело руководили их борьбой, посылали в осажденный город военных специалистов, оружие, боеприпасы, одежду и продовольствие».
Мемуары Хассо Стахова «Трагедия на Неве» могут вызвать самые ожесточенные протесты читателей, сформировавшихся в парадигме советских идеологем. Вот только пара предложений авторского вступления к книге: «Для тех, кто клеймит «типично фашистский метод» притеснения целых народов, рас и этнических групп, очевидным является то, что немцы атаковали и окружили Ленинград лишь только для того, чтобы по воле Гитлера сравнять его с землей, а население истребить. Мысли о том, что более естественными и закономерными были бы трезвые, логичные рассуждения о необходимости захвата города и порта, являлись запретной темой и не подходили к развенчанию мифов... достаточные ли меры были приняты в соответствии с данным стратегическим значением города, чтобы спасти матерей, детей, стариков, немощных людей?». После такой эскапады хочется отбросить всякую политкорректность, но все-таки взгляд «с той стороны» интересен — пусть он и полон попыток самооправдания и «уравнивания» советских и гитлеровских войск в военных преступлениях.

Фото: http://shopping-time.ru
Зато четко расставлены акценты в книге Дэвида Бениоффа «Город воров» (просто «Город» в русском переводе). Известный голливудский сценарист и режиссер («Троя», «Люди Х», сериал «Игра престолов»), бабушка и дед которого пережили блокаду, написал захватывающий экшн, который так и просится на большой экран. Нам, привыкшим к монументальности и бронзовости блокадной тематики, трудно свыкнуться с таким подходом, но менее увлекательным чтение от этого не становится.

Фото: http://www.likebook.ru
Двоим молодым ленинградцам, заключенным в «Кресты» за провинности — снятие фляжки с немецкого солдата и отлучки на любовные похождения — грозит по законам военного времени расстрел. Есть возможность сохранить жизнь: нквдшник Гречко обещает вернуть назад продуктовые карточки, если парни за сутки найдут в голодном городе дюжину яиц, необходимых для выпечки деньрожденного торта для дочери особиста. Товарищи по несчастью (главному герою автор дает свою фамилию, назвав того Львом Бенёвым) отправляются на поиски и перед ними предстают обыденные блокадные картины, которые в итоге складываются в эпическое полотно. Наряду с физиологическими ужасами автор находит время показать и достоинство ленинградцев, и зверства фашистов — игровая фабула служит лишь способом отправить героев в страшный поход и рассказать читателю о блокаде.
Цель в итоге достигнута: потерявший товарища, погибшего от своих же, Лев Бенёв приносит драгоценные яйца в особняк на Каменном острове — только для того, чтобы увидеть, что для Гречко авиация уже доставила провиант и деликатесные разносолы для праздничного стола, причем заветная дюжина яиц, вырванная из блокадного ада, стала четвертой в этой нквдшной оргии. Нравственная развязка произведения опять-таки заимствована из творческого инкубатора фабрики грез: Лев отпускается с миром, получив при этом карточки офицерского пайка. На его лице все написано, но...
«... повернувшись снова к капитану, я наткнулся на его жесткий взгляд. Он опять верно истолковал то, что было у меня в лице.
— Вот то, что ты хочешь сейчас сказать, лучше этого не говори,— произнес он. Улыбнулся и потрепал меня по щеке чуть ли не с отеческой нежностью: — В этом, дружок, секрет долгой и счастливой жизни».
Никак нельзя назвать счастливой жизнь следующего автора, хотя как сказать — в блокаду она выжила. Блокадный дневник Лены Мухиной «...сохрани мою печальную историю» — книга в прямом смысле экзистенциальная. Содрогание за содроганием — трудно иначе описать состояние тех, кто решится приняться за чтение. Дневник начинается еще в довоенные дни — тем трагичнее выглядят последующие записи. Семнадцатилетняя девушка после смерти своей матери живет с взявшей ее на воспитание тетей и с подселенной к ним соседкой-англичанкой по происхождению, которую воспринимает как бабушку. Мечты о счастье, о чистой любви, о большой семье сменяются мечтами о еде. О том, что когда бабушка умрет, можно будет воспользоваться ее карточками. Девушка с благодарностью вспоминает о своем питомце: «Спасибо нашему котоше. Он кормил нас десять дней. Целую декаду мы только котом поддерживали свое существование». Она мечтает о послевоенном будущем: «Боже мой, мы так будем кушать, что самим станет страшно». Страшно становится и читателю — стоит только представить себя на месте этой юной ленинградки, никакого не нравственного урода — просто обыкновенного человека, попавшего в нечеловеческую историю.

Фото: http://www.azbooka.ru
Дневник, начатый за месяц до войны, обрывается в мае 1942 года. Лену вывезли в эвакуацию, она прожила 66 лет и умерла одинокой. Не сбылись мечты о счастливой любви и большой семье — не сбылось ничего, кроме того, что она все-таки наелась. Да и то не наверное. Ужасное, но необходимое чтение для тех, кто действительно хочет прочувствовать блокаду.
Но самым полезным, емким и щадящим время (но не чувства) чтением, для тех, кто хочет больше знать про блокадное время, станет документальный труд доктора исторических наук Сергея Ярова «Блокадная этика. Представления о морали в Ленинграде в 1941–1942 гг.». По сути, это дайджест многих и многих свидетельств очевидцев той поры, которая вошла в историю Ленинграда как «смертное время». Самая страшная зима нашего города зримо представлена в сценах воровства хлебных карточек и обвешивании покупателей в хлебных магазинах или ополовинивания продуктовой пайки малышей в детдомах и приемниках. Вот облегченный вздох обессиленной ленинградки, которая на повороте у садика возле Русского музея скинула с санок труп взрослого родственника: ей осталось довезти только две маленькие «пеленашки». Или радость уборщиков города, которые после расчистки от трупов и нечистот обнаруживают в закоулке вмерзшую в почву еще довоенную картофельную кожуру — она сразу же делится и съедается прямо на месте. Обыденная игра детей, которые считают, на какой стороне улицы лежит больше покойников.

Фото: http://www.softsalad.ru
Предупредим гневные возгласы и упреки в очернении героических дней: в сборнике масса примеров, способных заставить задуматься самых отъявленных скептиков и циников. Но все же читательские воображение и разум будут снова и снова пытаться срифмовать сюжеты о том, как пятилетняя сестра поддерживала своим хлебом двенадцатилетнего брата (умерли оба) или как один литератор подкармливал своего казалось бы безнадежного друга вплоть до момента счастливой эвакуации из города с сожалениями привилегированных лиц об отсутствии в заказе из буфета «Ленинградской правды» хлеба — при наличии зернистой икры. «Блокадная этика» - чтение концентрированное, от него болит голова; после навернувшихся слез и определенного количества прочтенных страниц чувства притупляются и эпизоды о благодарности члена Военного совета Ленинградского фронта Алексея Кузнецова в адрес некоей актрисы театра Балтийского флота, которой он послал специально испеченный на фабрике имени Самойловой торт, или о проектировании бомбоубежищ повышенной комфортности для прокуратуры уже не кажутся чем-то из ряда вон выходящими. Книгу закрываешь с чувством облегчения и желанием никогда больше ничего о блокаде не узнавать. Но, наверно, делать это нужно — хоть и не ясно, сможем ли мы из этого знания сделать верные выводы. По крайней мере ничто не говорит о том, что к нашему времени это кому-то удалось.
Евгений Хакназаров, "Фонтанка.ру"

15 телесериалов апреля: новые «Одни из нас», «Черное зеркало», «Андор» и «Беспринципные в Питере», — выбор «Фонтанки»
Новости
15 марта 2025 - Великая симфония Дмитрия Шостаковича прозвучит в Петербургской филармонии
- 03 апреля 2025 - В Петергофе — технический пуск воды. Как сейчас выглядят фонтаны и скульптура после зимы?
- 02 апреля 2025 - «Меня заставили». Владимир Кехман рассказал, как поставил «Богему» в Михайловском театре
- 01 апреля 2025 - В квартире Введенских появится Музей ОБЭРИУ, там нашли рисунки
- 01 апреля 2025 - Книжный союз, Буквоед, Ozon, Литрес и MyBook назвали, что и зачем читали россияне в 2024 году
- 31 марта 2025 - «Петергоф» объявил даты пуска фонтанов и весеннего праздника
Статьи
-
31 марта 2025, 18:14С началом весны музыканты просыпаются окончательно. В мартовском обзоре новых альбомов Дениса Рубина — индустриальный поп от Lady Gaga, возвращение ужасов The Horrors, нежданное «золото» от изобретателя эмбиента Брайана Ино, очередная продюсерская находка Ричарда Рассела, кочевое техно АИГЕЛ, солнечная простота Леонида Федорова, нежные песни Дианы Арбениной и идеальный поп ансамбля «Моя Мишель».
-
26 марта 2025, 21:00Эрмитаж открыл новую выставку в Галерее графики Зимнего дворца — «Французская манера. Гравюры и рисунки XV — начала XVII века». Это следующий шаг за графикой немецкой, cтаронидерландской и итальянской, что музей показывал в предыдущие месяцы. Выставку можно смотреть до 13 июля, удивляясь переплетениям известных судеб, литературных и художественных произведений и крупных исторических событий, свидетелями которых становились эти тонкие и хрупкие листы бумаги.