ГМЗ "Царское село" открывает каток

16 января 2014, 17:40
Версия для печати Версия для печати

С 18 января в музее-заповеднике «Царское Село» заработают сразу два катка: взрослый (с натуральным льдом) и детский (с искусственным покрытием).

Каток разместился на Треугольной площади - в центре дворцово-паркового ансамбля: рядом с Екатерининским дворцом, между Екатерининским и Александровским парками.

Посетителям предлагается прокат коньков, чай, глинтвейн и выпечка. В будние дни катки работают с 15.00 до 21.00, в выходные, праздничные дни – с 11.00 до 21.00.

Как сообщает пресс-служба музея, таким образом музей-заповедник возрождает исторические традиции императорской резиденции: императрица Елизавета Петровна любила увеселительные мероприятия, устраивала балы и маскарады. Зимой же одним из главных увеселений была огромная Катальная гора, построенная в парке на месте, где теперь располагается Рамповая аллея с террасой Руски. Центральный двухэтажный павильон был завершен куполом с деревянной балюстрадой. От павильона шли три деревянных ската, причем один из них – прямо на остров в центре Большого пруда. Внизу находились «катальные машины», приводившиеся в движение лошадьми, – для подъема тележек обратно на верхние площадки. Тележки-санки, обитые сукном, двигались по стальным полозьям. На площадках между скатами Катальной горы располагались всевозможные качели и карусели.

Также нынешней зимой посетители смогут прокатиться по Александровскому парку на санях – в пароконной запряжке.
 

Жена не рукавица: Лиза Моряк исполняет супружеский долг в «Сказке о царе Салтане» Сарика Андреасяна

Новая экранизация «Сказки о царе Салтане» — второе обращение режиссера Сарика Андреасяна к наследию Пушкина, после вышедшего два года назад «Онегина». Простенькая по сравнению с «энциклопедией русской жизни» стихотворная сказка, похоже, гораздо менее вдохновляла автора сценария Алексея Гравицкого, на которого опять легла задача по смешиванию оригинальных стихов и собственной прозы: в «Сказке…» гораздо меньше тех словесных перлов, которые превращают «Онегина» в своего рода лингвистическую комедию абсурда.

Статьи

>