Календарь >> https://calendar.fontanka.ru/articles/2056

06 января 2015, 02:35

Категория: спектакли

Игра с престолом: «Царь Борис» в Михайловском театре


Фото: Пресс-служба Михайловского театра/Николай Круссер

Оперный 2015-й начался сверхмощно: Михайловский театр созвал знатоков на музыкально-литературное представление (именно так) под названием «Царь Борис». Невнятное жанровое определение (вполне можно было подумать, что нас ждет нечто вроде прошлогоднего экзерсиса Юрия Башмета с «Евгением Онегиным») скрывало настоящий шедевр. Один из лучших дирижеров современности Владимир Юровский показал петербургской публике свою интерпретацию первой редакции оперы Мусоргского «Борис Годунов» – да так, что вряд ли кому доводилось слышать такое ранее. За сценическую версию отвечал Виталий Фиалковский, искусно вверставший в музыкальную ткань текст Карамзина. Словом, Владимир Кехман с его потрясающим чутьем на хиты обеспечил публике очередную позитивную психотравму, с чем его можно поздравить.

Первая редакция «Годунова», которую принято именовать авторской версией Модеста Мусоргского, была отвергнута Дирекцией императорских театров по причине отсутствия ведущей женской партии и надолго канула в безвестность. Публике была известна переработанная композитором версия оперы, которая гораздо больше устраивала цензуру. Судите сами: в первой редакции противоборствующими сторонами являлись власть в виде царя и народ, не принимающий сотворенного ради воцарения злодеяния. В окончательном же варианте антагонистами становились российская держава и заграничные враги — в данном случае, поляки, которые с помощью засланца Лжедимитрия смущали неустойчивые народные и боярские умы и подтачивали устои. Понятно, что для московской сатрапии такая версия была отрадна.

Не вдаваясь в подробности, отметим, что авторский вариант был представлен широкой публике только на рубеже 20-30-х годов прошлого века в Москве и Лондоне. Петербуржцы имеют счастливую возможность слышать первую редакцию 1869 года в Мариинском театре (переработанный по наущению Дирекции вариант 1872 года там тоже идет). Но Владимир Юровский предложил нам нечто большее: он привез в Михайловский театр тридцать музыкантов из лондонского Оркестра Эпохи Просвещения (Orchestra of the Age of Enlightenment) с их скрипками, виолончелями, контрабасами, гобоями, флейтами, кларнетами, валторнами и прочими аутентичными инструментами, многие из которых насчитывают около двухсот лет и выполнены из материалов того времени — никаких современных ноу-хау. Есть обоснованные подозрения, что ведомству Владимира Кехмана все это великолепие обошлось в сверхгалактическую сумму, зато сводный оркестр, в состав которого также вошли музыканты из самого Михайловского театра и из оркестра «Санкт-Петербург Камерата», продемонстрировал абсолютно непривычное для современного уха звучание партитуры. Казалось, сама космическая бездна издает бархатные, «пыльные» вибрации и чарующие звуки, манящие слушателя туда, где нет ни пространства, ни времени — лишь одна только гениальная музыка Мусоргского. Иногда становилось даже жутко.



Фото: Пресс-служба Михайловского театра/Николай Круссер

Под стать музыке оказалась и сама постановка — лаконичная, но невероятно стильная, в каком-то смысле, макабрическая. «Картинка» выполнена в черно-красно-золотистых тонах. Центр композиции — престол. За ним – возвышенность для хора, который не только великолепно поет, но и играет — лицами, руками, телодвиженьями. Это сам народ, который то падает ниц, моля Бориса Годунова о воцарении, то возвышается над царским троном мрачной громадиной, угрожающей обрушиться и похоронить под обломками всех и вся. Годунов ведет свою игру, сначала лицемерно отказываясь от престола, а после стремясь всеми силами утвердиться на царском месте, добытом путем страшного злодейства, предопределившего собственную гибель узурпатора. Разобраться в происходящем зрителю помогает текст «Истории государства Российского» Николая Карамзина, который дерзко и даже вызывающе озвучивает актриса МДТ-Театра Европы Елена Калинина. Все условно: в руках у чтицы не книга, а планшет, действующие лица облачены в черное — парчовые одеяния развешены на вешалках по краям сцены. Ощущение склепа и безысходности, отсутствия какой-либо надежды — и над всем этим реет герб Российской державы, который, правда, графически весьма отличается от герба времен Годунова, зато вполне может быть принят за современный геральдический символ страны. Повторюсь: все выглядит весьма убедительно и стильно — над этим немало потрудился художник по свету Александр Кибиткин. К сожалению, фотографии, переданные театром «Фонтанке» нисколько не передают общего впечатления, так что прошу поверить на слово.

Исполнение было практически эталонным. Потрясающий Сергей Лейферкус явился в заглавной партии. Вячеслав Войнаровский убедительно спел Василия Шуйского. Трогательной выглядела Евдокия Малевская в образе царевича Федора, сына Бориса Годунова. Блеснули Сурен Максутов в партии Григория Отрепьева и Евгений Ахмедов, представивший своего щемящего душу Юродивого. И еще раз отмечу роскошные массовые сцены, отточенные михайловскими хором и мимансом (руководитель хора Владимир Столповских).

Итоги после премьеры «Царя Бориса» одновременно и печальны, и утешительны. Несомненно, мы стали свидетелями музыкального события мирового уровня. Столь же очевидно, что в постоянный репертуар театра этот шедевр не войдет: в ответ на прямой вопрос в Михайловском с «Фонтанкой» поделились лишь скорбной надеждой на то, что у проекта Владимира Юровского сложится хотя бы какая-никакая фестивальная судьба. С другой стороны, сам факт того, что «Царь Борис» состоялся, настраивает на позитив. Не будем забывать, что английские музыканты все-таки приехали в Михайловский театр на фоне несложившегося по политическим мотивам перекрестного года «Великобритания-Россия». Скажем, московское выступление Оркестра Эпохи Просвещения, запланированное на этот январь, было сорвано. Зато в Санкт-Петербурге музыканты, подарившие нам свое неземное мастерство, могли убедиться, что желание распять Украину вовсе не является русской идефикс. В наш город англичане приехали 27 декабря. Здесь, как повествует сайт коллектива, они встретили Новый год «with Russian vodka». Фейсбучная страница оркестра пестрит фотографиями прогулки по задубевшей Стрелке, восхода солнца над стылой Невой, пирожными из Елисеевского и прочими петербургскими радостями. Музыканты одарили комплиментами и Михайловский театр, и русских в целом, отмечая свойственную нам тягу к культуре и «the great musical atmosphere in Russia». Вроде бы — стандартная реакция западных гостей. Но как она важна в это время, когда мосты между нашими странами рушатся и неясно, когда они будут восстановлены. И такая дипломатия на уровне отдельных людей имеет ничуть не меньшее значение, чем явление петербургской публике шедевральной постановки — тем более, что шедеврами мы не очень-то избалованы.

Евгений Хакназаров
«Фонтанка.ру»