Вячеслав Полунин: С удовольствием бы сделал в Петербурге фестиваль нового цирка

30 ноября 2016, 18:53

Версия для печати

Tweet

Завтра в Петербурге стартует Пятый международный культурный форум. Секцию «Цирк и уличный театр» по традиции возглавляет Вячеслав Полунин, который вместе со своей бессменной соратницей Натальей Табачниковой рассказал в прямом эфире «Фонтанки.ОФИС», почему он решил сделать героями нынешнего форума жонглеров и что надо сделать, чтобы цирк в северной столице развивался и радовал всех вокруг.

Жанна Зарецкая: – Насколько я знаю, главной темой секции «Цирк и уличный театр» на нынешнем форуме станет «Искусство жонглирования»? Почему вы сделали такой выбор? Разве это не самое скучное из цирковых искусств? Есть шарики или другие предметы, их подбрасывают и ловят: меняется только форма и количество, а остальное — одинакого. Разве нет?

Вячеслав Полунин: – Раньше действительно восхищение вызывали физические достижения: 10-15-20 шариков — кто больше. Теперь всё иначе. Наверное, у публики сменилось отношение к цирку вообще, сменились запросы. Да я и сам бы, наверное, не стал интересоваться жонглерами, настолько их искусство не близко моему полю поэтическо-душевного цирка-театра. Но став руководителем петербургского цирка, я один раз, другой раз был вынужден погрузить в разные его формы, осознать, что куда движется, и был настолько поражен тем, что делают современные жонглеры — это же феноменально! Стал вспоминать первые свои потрясения от жонглеров. Как-то мы работали на Бродвее, и мне кто-то сказал: «Сходи, вон там «братья Карамазовы работают». Что, думаю, за «Братья Карамазовы»? Ну, пойду пьесу посмотрю... А мне говорят: «Да не пьеса — цирк: цирк «Братья Карамазовы». Пришёл: пять мужиков с бородами до пояса, стильно одетых, целый вечер без остановки кидали топоры — и друг другу, и втыкали в стену. Но это – то, что они бросали топоры, – было не главное, они это делали между делом. А по сути это был такой междусобойчик, вечеринка, в процессе которой они задавали друг другу самые обычные вопросы: «А ты где был-то: я звонил тебе с утра — не дозвонился?» «Да вот ходил туда-то и туда-то». А топоры тем временем пролетали в миллиметре от их лиц. И все это с таким фантастическим юмором, что публика лежала на полу от смеха. Этот опыт стал для меня показателем, что нечто новое заскочило на территорию традиционных цирковых жанров. А потом начались новые встречи. Например, удивительная встреча с Майклом Моушеном — вы все видели его руки в фильме «Лабиринт», где прозрачные шары, такие магические, катались по его телу, по рукам, и при этом жили своей жизнью. Майкл первый придумал эти шары. А самое главное — он придумал, что они должны летать не вверх, а куда хочешь. Потом эти шары начинали ударяться о какие-то треугольные прозрачные плоскости, и ты уже не мог за ними уследить — было ощущение, что вокруг Майкла существует какая-то жизнь, а он управляет ею, как дирижер. А сейчас есть замечательный молодой жонглер, русский, который жонглирует шариками, летящими параллельно земле, они улетают и прилетают к нему — там вообще возникает такое чувство, что исчезает земное притяжение. Теперь мне уже кажется, что именно через этот жанр цирковое искусство начинает обретать какое-то совершенно новый дух понимания мира.

Вот в прошлом году мы пригласили двух мальчишек из компании DeFracto из Франции со спектаклем под названием «Лужа». Пара сотен зрителей собралась в простой комнатке — но когда начался спектакль, все перестали дышать: два молодых человека с помощью пяти шариков заставили людей рыдать, кричать и так далее. Потому что шарики превратились в способ встречи с миром. Вершина случилась, когда два человека, имея по одному шарику в руке, кидали их через плечо и ловили. Они тысячу раз повторяли это движение — и больше ничего, а люди видели всю гамму человеческих чувств по отношению к жизни: спокойствие, усталость, упорство, момент, когда уже невозможно это выдержать, и так далее, и так далее. И когда они ребята уже лежали на полу и продолжали это делать, публика вскочила и начала просто орать. Это уже жонглирование как способ разговора с миром. Одни люди пьют кофе, пекут булочки, шьют башмаки — и таким способом общаются с миром, а есть те, которые делают это с помощью шариков и простых действий. И таких театров сейчас стало уже очень много. Вот на наш Форум приедут вершины вершин в этой области: француз Жером Тома считается мэтром нового театра жонглирования — в его компании работают десятки человек, играется множество пьес, есть «Gandini Juggling» в Великобритании — в одном из спектаклей этой компании дело происходит в офисе, и вот люди в перерыве достают десять зеленых яблок — и начинают ими кидаться и их жевать. И оторваться невозможно. Новый цирк открывает новые горизонты.

Жанна Зарецкая: – То есть, новый цирк – не копилка трюков, не демонстрация ловкости, а дверь в иные миры, способ философского осмысления мира и человека в нём — так правильно будет сказать?

Вячеслав Полунин: – Конечно. Сегодняшний цирк стал совсем другим. И не случайно знаменитый Чеховский театральный фестиваль летом привезет «Gandini Juggling» в Москву. Я всем очень советую посмотреть.

Николай Нелюбин: – Нас читатели просят задать вопрос Вячеславу Ивановичу: «Можно ли жонглировать человеческими эмоциями?» У нас сейчас большинство интернет-пользователей поделилось на сторонников Дидье Маруани и сторонников Филиппа Киркорова. Слышали ли вы что-нибудь про этот сюжет? И что вы думаете о ситуациях, когда творческие люди вот таким вот образом себя ведут?

Вячеслав Полунин: – Вы знаете, я об этом совершенно не думаю, не слушаю, поступаю так, как я считаю правильным, и стараюсь, чтобы мои дети поступали правильно. У меня столько прекрасных вещей, которыми я интересуюсь – природа, друзья, цирк, – что теми вещами, о которых сказали вы, я стараюсь не интересоваться. Сложности мира будут всегда.

Жанна Зарецкая: – Каким образом люди, не имеющие профессионального отношения к цирку и не аккредитованные на Форуме, смогут познакомиться с новыми жонглерами и их искусством?

Наталья Табачникова: – Я еще хочу добавить, что на Форум приедут российские представители этой профессии, которые вошли во все энциклопедии мирового цирка, книги рекордов, цирковые антологии, люди, являющиеся иконами для всех, кто занимается жонглированием — это Сергей Игнатов и Евгений Беляуэр. Они, к сожалению, уже не работают в манеже, но оба преподают, а Игнатов еще и художник, и он даст на Форуме мастер-класс. Также мастер-классы дадут Жером Тома и Шён Гандини. Всё это будет происходить 2 декабря, и всё это можно будет увидеть, потому что уже третий год мы исправно делаем онлайн-трансляцию всех наших заседаний на сайте slavanewcircus.com. И после форума это тоже можно будет увидеть. И, кстати, материалы прошлогодней секции «Цирк и уличный театр», посвященной клоунаде, там тоже можно найти.

Жанна Зарецкая: – Слава, хочу задать вам вопрос как эксперту по современному цирку. В России сейчас продолжает доминировать цирк как шоу, как сборник номеров «быстрее, выше, сильнее». И такие шоу, скорее, вписываются в череду других шоу, в том числе, эстрадных. А как дела обстоят в Европе, в мире? Судя по вашим словам, цирк должен занять значительное место в общественной жизни.

Вячеслав Полунин: – Цирк как шоу продолжает оставаться достаточно популярным на Западе. Но есть и новый поток, которые тоже набирает силу. И в России он тоже возникает: я посмотрел несколько спектаклей в Москве, и вот сегодня смотрел видео, которая мне прислала одна девушка из Петербурга, – и это довольно любопытно. Мы стараемся оказывать помощь тем первым росткам нового цирка, которые в России появляются. Столицей нового европейского цирка сейчас является Франция. И там всё началось с того, что лет пять-семь назад правительство приняло решение объявить Год цирка и выделить на развитие именно этого искусства значительные средства. И сразу открылось несколько мощных школ по всей Франции, туда пригласили сильных режиссеров и художников из театра, кино, балета, и отдали им всех учеников. В результате возникли десятки новых цирковых команд с готовыми спектаклями. Мы не говорим, что они сразу же стали великими, но они принесли другое понимание цирка: молодые люди пришли в цирк выразить себя, и режиссеры-мастера помогли им это сделать. Вот в прошлом году у них прошел фестиваль, на котором выступали 300 цирков нового поколения — не только французских, но и английских, и австралийских, и канадских. Нужно и у нас сдвигать ситуацию с мертвой точки. Интересных работ, демонстрирующих новое понимание цирка — много, речь идет о том, чтобы дать возможности новому цирку развиваться рядом с цирком традиционным.

Николай Нелюбин: – При новом руководстве Росгосцирка есть шанс, что ваши идеи будут развиваться?

Вячеслав Полунин: – Это не только мои идеи, это идеи времени. И новый руководитель Росгосцирка Дмитрий Иванов — человек замечательный. Он был руководителем Ижевского цирка, и я считал этот цирк одним из лучших в России, потому что он ухитрился в этом месте создать мировую точку цирковой активности.

Жанна Зарецкая: – Нового цирка?

Вячеслав Полунин: – И старого, и нового. Он дает дорогу всему талантливому.

Жанна Зарецкая: – Есть ли проблема в том, что Росгосцирк хочет присоединить к себе наш Большой петербургский цирк? Насколько потеря автономии опасна для главного цирка Петербурга?

Вячеслав Полунин: – Всё зависит от конкретных личностей. Иванов должен понять, как правильнее ему действовать, чтобы дальше развивать российский цирк. Если мы выбираем какого-то лидера, мы должны ему доверять, дать ему время и дать попробовать что-то сделать.

Жанна Зарецкая: – Недавно в петербургском цирке появился творческий лидер, заместитель директора по художественной части, Гия Эрадзе. Насколько это верное, на ваш взгляд, назначение?

Вячеслав Полунин: – Не так много таких великолепных программ в русском цирке, как программа Королевского цирка Гии Эрадзе. У него прекрасная команда, и он делает всё по-настоящему. Вкусы у людей разные, но это пример замечательного явления в русском цирке.

Жанна Зарецкая: – А это новый цирк или традиционный?

Вячеслав Полунин: – Трудно сказать, потому что Гия ищет и привлекает современных художников, хореографов, композиторов, многое им доверяет, но в целом опирается на форму традиционного шоу. И ничего страшного в этом нет. Человек должен находиться там, где его пристрастия. Он представляет свою личность через свои произведения.

Наталья Табачникова: – Дело в том, что, если бы параллельно существовало что-то еще, например, если бы был создан фестиваль нового цирка, если бы была возможность с разумной периодичностью привозить не только на Чеховский фестиваль в Москву, но и в Питер программы и номера выдающихся мастеров мирового цирка, ситуация бы изменилась радикально. Петербургу необходим большой статусный фестиваль нового цирка и уличного театра. Мы много лет занимаемся уличным театром, многое сделали. Поверьте, очень важно, чтобы лидеры мирового нового цирка приезжали сюда и показывали образцы такого искусства.

Жанна Зарецкая: – Вы считаете, что этот фестиваль может и должен возникнуть как отдельная структура?

Вячеслав Полунин: – Безусловно. Но на государственном уровне.

Жанна Зарецкая: – Я думаю правильнее будет даже сказать, что как часть государственной политики.... И Культурный форум — самое место и время это сказать.

Наталья Табачникова: – Да, это очень важно, потому что все эти жанры в современном искусстве вообще живут как приживалы.

Вячеслав Полунин: – Вот мы говорим о том, что Франция что-то сделала в области цирка, другие страны. А если посмотреть на программы Цирка дю Солей, половина афиши — это русские артисты. Это не с Запада что-то к нам идет. Это люди, которые не нашли возможности реализоваться здесь, но смогли через контору в Канаде воплотить свои идеи. То есть, я говорю не о том, что хочу привезти в Россию новый иностранный цирк, чтобы они нас чему-то научили. А о том, что все эти талантливые ребята, которые сейчас работают за границей, в любой момент по первому зову вернутся в Россию, как только поймут, что это можно делать и здесь тоже.

Наталья Табачникова: – Более того, такой фестиваль мог бы включать в себя и театр.

Вячеслав Полунин: – Потому что новый цирк сочетает в себя все виды и жанры современного искусства.

Жанна Зарецкая: – Все годы, пока вы руководили Петербургским цирком, вы активно продвигали направление социального цирка. Будет ли это направление представлено на нынешнем форуме?

Вячеслав Полунин: – Будет обязательно. Слава богу, ситуация в этой области сильно изменилась. Когда мы впервые стали говорить, что социальная составляющая – важная часть работы любого, тем более, циркового сообщества, нас пытались уверить, что это не искусство. А теперь у нас серьезная поддержка, и это уже целое направление развития цирка и театра в России.

Наталья Табачникова: – Очень важно, чтобы этим направлением занимались серьезные профессионалы. 1 декабря мы едем в Упсала-цирк. Там у нас будет два мастер-класса. Один из них будет проводить Александр Фриш...

Вячеслав Полунин: – Саша Фриш — это уникальное явление природы, особенно, в социальном цирке. Как только он входит в любую аудиторию, в которой есть хоть один ребенок, через секунду они становятся лучшими друзьями.

Наталья Табачникова: – Вот Саша будет делать мастер-класс для детей. Люди, которые хоть раз это видели, говорят, что лучшего спектакля им не доводилось наблюдать. Второй мастер-класс будет проводить создатель и руководитель Упсала-цирка Лариса Афанасьева – с детьми с синдромом Дауна. Для этих детей жонглирование является серьезной терапией. Ученые доказали, что в процессе жонглирования, благодаря новым координациям, наш мозг увеличивается. А в случае с этими особыми детьми жонглирование терапевтически влияет не только на физику, но и на психику. Ну а вечером мы все вместе посмотрим спектакль Упсала-цирка «Эффект пинг-понгового шарика», где главную роль исполняет вот такой ребенок.

Вячеслав Полунин: – Я этот спектакль привозил во Францию, и он там имел оглушительный успех. Для нашей команды Упсала-цирк — это то место, где осуществляются наши главные поиски в области социального театра.

Жанна Зарецкая: – Многие люди, в связи с отъездом Славы из города задают вопрос: «Куда уехал цирк». Вышла странная ситуация: министерство культуры использовала лучшего клоуна мира в качестве прораба. Ремонт в цирке сделан блестяще. Но очень хочется, чтобы Вячеслав Полунин сделал в этом городе что-то еще. Для нас всех. В качестве терапевтического эффекта, который в Петербурге, сером и слякотном, просто необходим. Слава, скажите, вы бы согласились сделать у нас фестиваль нового цирка?

Вячеслав Полунин: – Мы мечтаем об этом. Мы уже сделали 80 фестивалей. И еще с удовольствием сделаем. Это наше любимое занятие — собирать людей вместе, чтобы все показывали свои достижения, делились идеями, радовались и радовали всех вокруг себя. А еще мы книжки издаем. Только что наша книга «Алхимия сНежности» переведена на японский и английский языки и сейчас появится в 26 странах.

Жанна Зарецкая: – Свидетельствую, что эта книга работает как мало с чем сравнимый антистресс и антидепрессант: проверено на многих людях. По-моему, это идеальный подарок на Новый год. Она еще продается в России?

Вячеслав Полунин: - Конечно. Мы также издали альбом, где собраны лучшие фотографии «Снежного шоу» за 20 лет.

Наталья Табачникова: – А непосредственно к Форуму мы выпустили брошюру по истории искусства жонглирования. Вы знаете, что первый рисунки с изображением жонглеров относятся к 1994 году до нашей эры?

Вячеслав Полунин: - Это первое издание, посвященное именно жонглированию — от истоков до наших дней, где представлены личности, идеи и вершины этого искусства.

Жанна Зарецкая, Николай Нелюбин, «Фонтанка.ру»